Уильям ламберти рестораны | Vasque-Russia.ru

Уильям ламберти рестораны

Москвич

Это мой город: шеф-повар и ресторатор Уиллиам Ламберти

О жизни на Мосфильмовской и в квартире Высоцкого, любви к простой грузинской кухне, своем новом ресторане Sartoria Lamberti в «Ритц-Карлтоне» и о том, как готовил для президента Путина в его день рождения.

Я родился…

В Мюнхене. Родители там работали. А так папа родился в Анконе, мама с Сицилии. Когда мне был год и шесть месяцев, мы вернулись в Анкону.

Сейчас живу…

В Москве на Мосфильмовской. Честно говоря, я случайно туда попал, но мне этот район понравился. Раньше жил на Грузинском Валу, там интереснее. Зато там, где я сейчас живу, спокойнее. Мне нравится, чтобы рядом была природа, свежий воздух, чтобы было где гулять моим детям, моей собаке. Сейчас, если нет острой необходимости, я лучше уеду из центра.

Люблю гулять…

Чаще всего в Подмосковье. В Москве всегда выбираю место под настроение. Иногда хочется пойти в парк. Мы с семьей обошли все, от Ботанического сада весной до парка Горького, бегали практически в каждом парке, в Лужники ходили плавать, катались на фуникулере. И, конечно, за 20 лет в Москве я побывал во всех музеях, от Третьяковки до военного.

Любимый район…

Сложно сказать, каждый район в Москве специфичен, у каждого свои плюсы и минусы. Важно, что ты любишь. Я жил в Ясенево, в Строгино, в центре Москвы. В Строгино было хорошо — там свежий воздух. Ясенево — конец Москвы, зато там всегда зимой больше снега. Сейчас об этом, наверное, уже можно рассказывать — пять лет я прожил в квартире Высоцкого. Попал туда случайно, после смерти Высоцкого она стояла пустой. Мы нашли эту заявку на ЦИАНе. Когда пришли туда, даже мысли не было, что у места такая история. У нас было двое маленьких детей, и представители дома хотели именно иностранцев. Желающих было много, но выбрали нас. И вот в один прекрасный день мы сидим рядом в кофейне и подписываем контракт. Помню, я торопился, был эмоционален, а супруга сидела тихо. И потом, когда мы подписали все бумаги, она спросила: «Ты понимаешь, кто это?» Это был сын Высоцкого.

Любимые рестораны и бары…

Я мало хожу по ресторанам. Но когда я хочу пойти куда-то, то выбираю спокойные домашние рестораны с хорошей атмосферой, сервисом и кухней. Кухня не обязательно должна быть высшего уровня, мне важно, чтобы было вкусно. Обожаю «Живаго», «Высоту», восточные и грузинские рестораны — для меня это выходной день. Супруга наоборот — она хочет более премиального, потому что дома каждый день ест домашнюю еду. В выходной ей хочется чего-то особенного, а мне наоборот.

В Москве меня чаще всего можно застать кроме работы и дома…

В дороге. Ну еще иногда в спортклубе. Сейчас часто в «Ритц-Карлтоне» на Тверской. «Ритц» — это особый статус во всем мире. А в Москве это еще и особое местоположение, которое нельзя не ценить. Здесь мы вместе с Алексеем Алекминским только что открыли ресторан-ателье Sartoria Lamberti.

Я итальянец, а итальянцы лучше всего разбираются в еде и моде, и я давно мечтал о месте, где я эти две свои страсти смогу объединить. С другой стороны, я уже давно москвич, и я не могу не замечать той настороженности, с которой москвичи относятся к ресторанам в отелях. Мне хочется эту ситуацию изменить, ведь в Европе, наоборот, лучшие рестораны работают при отелях. Поэтому я понимал: чтобы заставить москвичей зайти в отельный ресторан, надо придумать что-то особенное, уникальное. Так появилась концепция ресторана-сартории — Sartoria Lamberti.

Место в Москве, куда давно мечтаю съездить, но никак не получается…

Мне кажется, я уже везде был. Даже в секретной комнате Кремля, когда кормил Путина в 2007 году на его день рождения. Хотел бы сходить в цирк на Цветном бульваре — давно с семьей хотим туда попасть, но никак не получается.

Мое отношение к Москве со временем менялось…

Москва как маленький ребенок или как женщина, которую ненавидишь и любишь одновременно. Ненавидишь, потому что здесь всегда много нервов. Но как можно ее не любить, здесь же можно все, причем в любое время. В последние пять лет Москва стала очень красивой. Сейчас это одна из самых красивых и модных столиц мира. Во многом я оцениваю столицы по чистоте. Я много где был. Москва сейчас очень чистая — с пола можно есть. Далеко не везде так.

Москвичи отличаются от жителей других городов…

Это всегда спорный вопрос. А ничем. Москвичи — это москвичи. Питерцы — питерцы. У каждого свои традиции, каждый любит свой город, у каждого свои тараканы в голове. В том числе у меня.

В Москве лучше, чем в Нью-Йорке, Лондоне, Париже или Берлине…

Париж мне в последнее время все меньше и меньше нравится. Берлин становится все более молодежным. Нью-Йорк всегда очень активный. А Москва — королева.

В Москве мне не нравится…

Неудобно, что стало мало парковки. Но, может, это и к лучшему. Зато Москва более чистая и упорядоченная в движении машин. Раньше можно было припарковаться у любимого магазина. Сейчас нет парковки — нет магазина. Приходится все делать по-другому.

Мне здесь не хватает…

Фото: из личного архива Уиллиама Ламберти

Топ 3: дизайнерские рестораны Уиллиама Ламберти в Москве

В преддверии череды праздников представляем три заведения Уиллиама Ламберти с дизайнерскими интерьерами и хорошей кухней

Salumeria

Salumeria Moscow — это настоящий «маленький Рим» в самом сердце Москвы, на Патриарших прудах. Идея ресторана принадлежит: Уиллиаму Ламберти (Uilliam Lamberti) и Владимиру Давиди. Первый зарекомендовал себя как успешный ресторатор, второй известен проектами парфюмерных искусств MOLECULE. Над интерьерами работали сестры Сундуковы, которые взяли за основу ассоциации Ламберти и Давиди с Италией 1960-х и создали здесь уютное пространство — настоящее воплощение Dolce Vita: матовая позолота, белая плитка, темное дерево, благородная патина, расставленные повсюду свечи Diptyque и мраморные круглые столешницы, о которые звонко стучит посуда. Не хватает только Софи Лорен за стойкой!

Ассоциации с итальянским кинематографом не случайны: концепция навеяна «Золотым Римом» — эпохой, когда его обожал Голливуд. Когда утро начиналось в обед, роскошные кинодивы пили лучший кофе под палящим солнцем, вечер встречали водопадами хорошего вина, а залы ресторанов были залиты звонким смехом, сменяющимся танцами — царство вечной красоты, удовольствия и счастья!

Еда в Salumeria — простая и вкусная. Сюда можно приходить завтракать, обедать и ужинать или просто забрать еду с собой (равиоли, панчетта, брезаола, сыры и оливки высшего итальянского качества — все это можно приобрести на вынос и устроить дома настоящий гастрономический пир). Винная карта ресторана по праву может считаться коллекционной, ведь в нее входит более 70 сортов вин, собранных со всех регионов и провинций Италии. Коктейль-бар также заслуживает особого внимания: здесь готовят фирменные итальянские коктейли вроде Salumeria Spritz или легендарный Borollo Negroni, а для любителей пива есть особые, коллекционные сорта с названиями фильмов Федерико Феллини на этикетках!

И, наконец, Salumeria — это несомненно место, где умеют и любят варить кофе настоящий итальянский кофе. Здесь вам расскажут о сортах кофе, научат его готовить и пить и покажут в действии культовую кофемашину Victoria Arduino выпускаемую с 1936 года, с золотым орлом не куполе. К кофе всегда можно заказать настоящие итальянские десерты или свежую выпечку, которую готовят тут же.

Ресторан Salumeria, Спиридоньевский пер., 12/9, т. +7 499 290-00-01, www.salumeria.moscow

Мontifiori

Оформлением ресторана Montifiori занималась дизайнер Евгения Ужегова из Living Now Studio (в портфолио студии — рестораны Nofar, Dante, Chiho), которая создала интерьер в стиле гостиной прошлого века, разбавив его деталями в духе фильмов Уэса Андерсена. Евгения подошла к делу, как настоящий оператор к построению кадра. Добавить воздуха в компактное пространство ей помогли основные приемы режиссера: симметрия и игра с цветом. А главный герой — открытая кухня — как и положено, расположился по центру, играя продолжение основного зала-гостиной.

Цветовая гамма, материалы и детали отсылают к Америке 1950-х — 1960-х гг. Желтые стулья из глянцевой искусственной кожи, люстры с бахрамой, панели из ореха, латунные детали — все это с порога переносит в эпоху винила. Одна из главных достопримечательностей ресторана — чучело большого синего марлина, украсившего стену с нарисованными соснами.

В ресторане Montifiori готовят блюда, популярные в разных странах Средиземноморья, но с авторским акцентом. За кухню отвечает шеф-повар Сергей Андрейченко, который отвел основное место в меню comfort-food с гастрономическим сюжетом, но приятным ценником, а также посвятил целый раздел веганам и вегетерианцам. По утрам здесь подают завтраки (непременно зайдите отведать единственные во всей Москве сырники с муссом из тахини!) Барную карту составил Никита Ганькин. В целом это твисты на классику и авторские коктейли с использованием ярких ингредиентов — персиков, гранатов, кофе, фиников и специй.

Ресторан Montifiori, ул. Малая Бронная, 21/13 стр. 2, +7 925 750-80-78, www.montifiori.rest

Nofar

Ресторан Nofar на территории Бадаевского завода — совместный проект Уиллиама Ламберти и Аркадия Новикова. В основе гастрономической философии ресторана — вкус и бережное отношение к истокам восточно-средиземноморской кухни. В меню много традиционных, насыщенных по вкусу, теплых, пряных блюд: здесь и многочисленные классические закуски мезе (матбуха, бабагануш, икра из запеченных баклажанов «заалук»), и салаты с обилием трав и пряностей, и сытные тажины — с курицей, кроликом и томленым ягненком, приготовленное на мангале мясо. Также в меню представлены уже ставшие привычными для русских гурманов европейские блюда и всевозможная паста (папардели с лососем, телятина с овощами, дорадо запеченная в печи с тимьяном и паприкой).

Ресторан обязан своим именем шефу-консультанту — израильтянке Нофар («nofar» в переводе — «лотос»), которая разработала меню совместно с Ламберти. Коктейльную карту составил молодой и супер-драйвовый Владимир Колганов (вы наверняка пробовали его в коктейли в ресторанах Villa Sumosan, Chainaya tea&cocktails, Ugolek). Коктейли в Nofar — лаконичные и гастрономически выверенные. Яркие вкусы Casablanca with love с гранатовым ромом, гибискусом и игристым, Eucapyltus sour с ромом, настоянным на эвкалипте и Whiskey sour apricots с бурбоном на кураге как раз под стать пряным, насыщенным мезе и тажинам.

Интерьер Nofar также создан Евгенией Ужеговой, создавшей в стенах Бадаевского завода светлое, уютное и при этом современное пространство. Разноцветные декоративные подушки и кресла в ярких восточных обивках сглаживают лофтовую стилистику и придают помещению легкий восточный колорит. Летом в ресторане работает веранда, где так хорошо выпить мятного чая или только что сваренного кофе, завернувшись в мягкий плед.

Ресторан Nofar, Кутузовский проспект, 12, стр.3, +7 495 933-21-23, www.novikovgroup.ru/restaurants/nofar

Хёрст Шкулёв Паблишинг

Москва, ул. Шаболовка, дом 31б, 6-й подъезд (вход с Конного переулка)

Москвич

Это мой город: шеф-повар и ресторатор Уиллиам Ламберти

О жизни на Мосфильмовской и в квартире Высоцкого, любви к простой грузинской кухне, своем новом ресторане Sartoria Lamberti в «Ритц-Карлтоне» и о том, как готовил для президента Путина в его день рождения.

Я родился…

В Мюнхене. Родители там работали. А так папа родился в Анконе, мама с Сицилии. Когда мне был год и шесть месяцев, мы вернулись в Анкону.

Сейчас живу…

В Москве на Мосфильмовской. Честно говоря, я случайно туда попал, но мне этот район понравился. Раньше жил на Грузинском Валу, там интереснее. Зато там, где я сейчас живу, спокойнее. Мне нравится, чтобы рядом была природа, свежий воздух, чтобы было где гулять моим детям, моей собаке. Сейчас, если нет острой необходимости, я лучше уеду из центра.

Люблю гулять…

Чаще всего в Подмосковье. В Москве всегда выбираю место под настроение. Иногда хочется пойти в парк. Мы с семьей обошли все, от Ботанического сада весной до парка Горького, бегали практически в каждом парке, в Лужники ходили плавать, катались на фуникулере. И, конечно, за 20 лет в Москве я побывал во всех музеях, от Третьяковки до военного.

Любимый район…

Сложно сказать, каждый район в Москве специфичен, у каждого свои плюсы и минусы. Важно, что ты любишь. Я жил в Ясенево, в Строгино, в центре Москвы. В Строгино было хорошо — там свежий воздух. Ясенево — конец Москвы, зато там всегда зимой больше снега. Сейчас об этом, наверное, уже можно рассказывать — пять лет я прожил в квартире Высоцкого. Попал туда случайно, после смерти Высоцкого она стояла пустой. Мы нашли эту заявку на ЦИАНе. Когда пришли туда, даже мысли не было, что у места такая история. У нас было двое маленьких детей, и представители дома хотели именно иностранцев. Желающих было много, но выбрали нас. И вот в один прекрасный день мы сидим рядом в кофейне и подписываем контракт. Помню, я торопился, был эмоционален, а супруга сидела тихо. И потом, когда мы подписали все бумаги, она спросила: «Ты понимаешь, кто это?» Это был сын Высоцкого.

Любимые рестораны и бары…

Я мало хожу по ресторанам. Но когда я хочу пойти куда-то, то выбираю спокойные домашние рестораны с хорошей атмосферой, сервисом и кухней. Кухня не обязательно должна быть высшего уровня, мне важно, чтобы было вкусно. Обожаю «Живаго», «Высоту», восточные и грузинские рестораны — для меня это выходной день. Супруга наоборот — она хочет более премиального, потому что дома каждый день ест домашнюю еду. В выходной ей хочется чего-то особенного, а мне наоборот.

В Москве меня чаще всего можно застать кроме работы и дома…

В дороге. Ну еще иногда в спортклубе. Сейчас часто в «Ритц-Карлтоне» на Тверской. «Ритц» — это особый статус во всем мире. А в Москве это еще и особое местоположение, которое нельзя не ценить. Здесь мы вместе с Алексеем Алекминским только что открыли ресторан-ателье Sartoria Lamberti.

Я итальянец, а итальянцы лучше всего разбираются в еде и моде, и я давно мечтал о месте, где я эти две свои страсти смогу объединить. С другой стороны, я уже давно москвич, и я не могу не замечать той настороженности, с которой москвичи относятся к ресторанам в отелях. Мне хочется эту ситуацию изменить, ведь в Европе, наоборот, лучшие рестораны работают при отелях. Поэтому я понимал: чтобы заставить москвичей зайти в отельный ресторан, надо придумать что-то особенное, уникальное. Так появилась концепция ресторана-сартории — Sartoria Lamberti.

Место в Москве, куда давно мечтаю съездить, но никак не получается…

Мне кажется, я уже везде был. Даже в секретной комнате Кремля, когда кормил Путина в 2007 году на его день рождения. Хотел бы сходить в цирк на Цветном бульваре — давно с семьей хотим туда попасть, но никак не получается.

Мое отношение к Москве со временем менялось…

Москва как маленький ребенок или как женщина, которую ненавидишь и любишь одновременно. Ненавидишь, потому что здесь всегда много нервов. Но как можно ее не любить, здесь же можно все, причем в любое время. В последние пять лет Москва стала очень красивой. Сейчас это одна из самых красивых и модных столиц мира. Во многом я оцениваю столицы по чистоте. Я много где был. Москва сейчас очень чистая — с пола можно есть. Далеко не везде так.

Москвичи отличаются от жителей других городов…

Это всегда спорный вопрос. А ничем. Москвичи — это москвичи. Питерцы — питерцы. У каждого свои традиции, каждый любит свой город, у каждого свои тараканы в голове. В том числе у меня.

В Москве лучше, чем в Нью-Йорке, Лондоне, Париже или Берлине…

Париж мне в последнее время все меньше и меньше нравится. Берлин становится все более молодежным. Нью-Йорк всегда очень активный. А Москва — королева.

В Москве мне не нравится…

Неудобно, что стало мало парковки. Но, может, это и к лучшему. Зато Москва более чистая и упорядоченная в движении машин. Раньше можно было припарковаться у любимого магазина. Сейчас нет парковки — нет магазина. Приходится все делать по-другому.

Мне здесь не хватает…

Фото: из личного архива Уиллиама Ламберти

В московском отеле Ritz-Carlton открылся ресторан Уильяма Ламберти

На первом этаже 5-звездочного московского отеля Ritz-Carlton открылся ресторан Sartoria Lamberti Уильяма Ламберти, совладельца ресторанов «Уголек», Pinch, «Северяне», Montifiori, Salumeria. Он расположен в помещении, где ранее работал Cafe Russe. В Sartoria Lamberti предлагают микс итальянской и средиземноморской кухонь с хитами Ламберти разных лет: спагетти с крабом, омлет с черным трюфелем, карбонара с креветками, ризотто с молодым козьим сыром, тарт с артишоками, ролл из краба в авокадо, салат с манго.

По словам Ламберти, инвестиции в ресторан составили около 150 млн руб., из них в оборудование открытой кухни – более 70 млн. Шефом Sartoria Lamberti Ламберти выбрал молодого повара Сергея Андрейченко, которого он называет одним из своих самых талантливых учеников. Арт-директором ресторана стал Алексей Алекминский, владелец мужского салона красоты, барбершопа и ателье Barberia Numero Uno. Вместе с Ламберти они придумали оформить интерьер в стиле неаполитанской сартории. На входе оборудовали мини-ателье, в котором швея вышивает монограммы на подарках гостям. Также ресторан декорировали манекенами с экспонатами Музея моды Италии, среди которых платье Авы Гарднер из фильма «Босоногая графиня» и смокинг Пирса Броснана из «Умри, но не сейчас».

В России долгое время считалось, что ресторан при гостинице почти невозможно сделать самостоятельной точкой притяжения гостей. Большинство из них не становились игроками на городском уровне, а попытки привлечь посетителей именами звездных шеф-поваров успехом не заканчивались. Лишь два года проработал ресторан Jeroboam в отеле Ritz-Carlton, кухню в котором ставил трехзвездочный немецкий шеф Хайнц Винклер. Les Menus par Pierre Gagnaire в отеле Lotte был закрыт после пяти лет работы. Но постепенно в этой тенденции стал наблюдаться перелом. Первыми примерами успешных ресторанов при отелях стали Novikov в Ritz Carlton (открытый на месте Jeroboam) и «Dr. Живаго»Александра Раппопорта в «Национале». После стремительного взлета последнего владельцы «Националя» отдали Раппопорту и второй свой ресторан: на втором этаже отеля вместо итальянского Piazza Rossa открылась «Белуга».

Уже в прошлом году стало понятно, что на отельных ресторанах перестали ставить крест, похоже, поняв, что их перевод во внешнее управление может стать решением сложной задачи. В прошлом году в «Азимуте» открылся ресторан «Сахалин» группы White Rabbit Family, ставший популярным у публики и завоевавший множество профессиональных наград. Тогда же в «Арбате» открылся Regent by Rico. По словам его владельца Алексея Пинского, он окупился за несколько месяцев, а опыт сотрудничества оказался и для него, и для гостиницы настолько удачным, что владельцы отдали Пинскому в управление и главный ресторан, заодно согласившись расширить его. Savva в «Метрополе», получивший от первого выпуска российского издания гида Gault & Millau максимальную оценку в 17 баллов, сейчас на реконструкции, после чего перейдет в управление Аркадию Новикову.

В этом году тенденция закрепилась. В сентябре в небольшом V-hotel открылось камерное итальянское кафе Gina, кухню которого возглавили бренд-шеф Флавио Бьязатти и шеф-повар Анзур Залилов, прежде работавшие в Марио и La Maree. А петербургский «Кококо», работающий в отеле SO/SOFITEL, вошел в рейтинг The World’s Best Restaurants.

Впервые сразу два российских ресторана попали в двадцатку лучших в мире

«Страшно ли было открывать ресторан в отеле? Страшно. Открывать ресторан в отеле всегда большая ответственность, тем более когда речь идет о такой гостинице, как Ritz-Carlton Moscow. Только дураки не боятся. Все равно надо признать, что люди в России не очень любят рестораны в отелях. Мы должны сломать этот стереотип. Поэтому перед нами стояла задача – создать настолько уникальный концепт, чтобы ради него стоило приходить», – отвечает Ламберти на вопрос о рисках ресторана при отеле.

«Проблема ресторанов в отелях немного надуманная», – считает крупный московский ресторатор. Кто-то придумал списывать ее на то, что, мол, проводить время в гостинице для советского человека было чем-то неприличным. На самом деле это не так. Своя творческая тусовка была и у «Националя», и у «Метрополя», и у ресторана в гостинице «Ленинградской». Фактически вывод о нежизнеспособности ресторанов в отелях сделали российские журналисты лет десять назад на трех примерах. Один за другим открылись и «не пошли» Jeroboam в Ритце, ресторан Пьера Ганьера в Lotte и «Кай» в Swissotel. Неудачи мишленовских шефов в Москве проще было списать на какие-то несуществующие предрассудки, чем на неготовность общества к гастрономическим экспериментам».

С этим согласен ресторатор Александр Раппопорт. «Я бы не говорил о сложности работы ресторанов в отелях, а говорил бы о специфике сегмента. Специфика связана с тем, что, работая внутри отеля, вы должны совместить потенциальные желания постояльцев отеля, приезжающих в Москву на несколько дней или неделю, и гостей-москвичей. Также специфика в том, что для большинства людей, особенно в России, гостиница не ассоциируется с местом, куда можно зайти перекусить, – сюда приходят специально одетым, на обед или ужин. В гостинице «Националь» у объединенной компании «Рестораны Раппопорта» два ресторана. Один из них – «Белуга», торжественный вечерний ресторан внутри здания отеля, что абсолютно вписывается в концепцию для большинства гостей. А гранд-кафе «Dr. Живаго», наоборот, позиционируется как отдельно работающий casual ресторан с отдельным входом, поэтому многие гости не ассоциируют его с «Националем». Хотя он интегрирован и в поток постояльцев отеля», – резюмирует Раппопорт.

«Montifiori» — новый ресторан Уиллиама Ламберти на Патриарших

Идея открыть ресторан с новой, переосмысленной средиземноморской кухней, появилась у Уиллиама Ламберти несколько лет назад. Когда во время путешествия по Тель-Авиву он познакомился со множеством шеф-поваров, одними из которых были Давид Эльмакайс и Йосеф Шитри, владеющие рестораном David & Yosef — Downtown на углу улиц Алленби и Монтефиори. Именно тогда они решили открыть совместный проект в Москве.

Уиллиам пригласил новых партнеров в столицу, чтобы они помогли найти правильное место и выбрать направление меню. Так было решено добавить средиземноморской кухне специй и новых сочетаний. Московский ресторатор с коллегами задумали сделать ее расслабленной, страстной, эмоциональной. И еще дружелюбной к вину.

Пока в Москве, на Малой Бронной, шла стройка, в известный тель-авивский ресторан на стажировку отправили шеф-повара Сергея Андрейченко. Именно ему доверили возглавлять кухню Montifiori – нового места в районе Патриарших. Молодой шеф практически всю жизнь провел в Париже, где и начал свой карьерный путь. Со средиземноморской кухней он познакомился в путешествиях, а освоил сразу на практике. Московский ресторан стал его первым самостоятельным проектом.

Меню в Montifiori

Андрейченко не стал переносить в меню Montifiori основные блюда ресторана David & Yosef – Downtown. Он разработал все с нуля, обращаясь только к новым вкусовым сочетаниям и техникам, открытым ему на стажировке. В основу будущей карты молодой шеф заложил морепродукты и овощи, а к ним в гармоничную пару прописал специи, тахини и хумус.

Так, к крудо из белой рыбы с лабне из козьего йогурта и соусом чили (650 руб.) и мидиям (850 руб.) Андрейченко добавил пряный затар, к домашней фокачче с морепродуктами (850 руб.) – желтую тахини, а авокадо-гриль со сливочным муссом и щучьей икрой он выложил на красную тахини со сладкой паприкой (550 руб.).

Не обошлось, конечно, без хумуса, который шеф решил подавать с жаренной цветной капустой, кейлом, зеленым маслом, тахини и луковой золой (350 руб.), питы с бараниной (550 руб.) и куриной печенью (450 руб.), и шакшуки из двух яиц на подушке из матбухи с тахини, зеленью и специей сумах (450 руб.).

Тему морепродуктов продолжают филе трески с мини-брокколи (750 руб.), сибас с овощами, соусом горгонзола и тахини (800 руб.), тигровые креветки с чили и специями (950 руб.).

Всего Андрейченко задумал 24 позиции в меню, которое поделил на четыре же раздела: «Яффо: Сказано – Сделано», «Дизенгоф – дорога для гурманов», «Сарона Маркет» и «Сладости из Неве-Цедек».

Барное меню в Montifiori

Барную карту разработал Никита Ганькин, ученик Бека Нарзи, известный по проектам «Лето на Патриках» и Villa Sumosan. За основу коктейлей он взял ингредиенты стран Средиземноморья, добавив к ним воспоминания о путешествии в Тель-Авив.

Напитки здесь объединяют яркость, насыщенность вкуса и игра текстур. Так, в Israel Spritz (620 руб.) – твист на известный Апероль – он объединил просекко, персики и гранаты; для Coffee Boom (620 руб.) кофе варят со специями, а готовят напиток на белом роме и итальянском ликере амаро.

Любимому морскими офицерами коктейлю на джине Mediterranean Gimlet (620 руб.) здесь решили придать вкус лайма, лимона и эстрагона, вкус известного french 75 на джине с игристым усилили фруктами, гранатом и травами, и записали в карту как Monti 75, а в основу Ticket to Tel-Aviv (620 руб.) заложили пюре из фиников со специями, выдержанный ром и белок.

Будущим хитом в Montifiori видят абсолютно авторский «day at Gordon Beach» – яркий и летний, как глоток свежести на раскаленном пляже. Состав этого коктейля пока держится в тайне.

Интерьер Montifiori

Небольшой зал Montifiori оформили в стиле гостиной прошлого века. Однако разбавили его элементами, вдохновленными фильмами Уэса Андерсена. Дизайнер Евгения Ужегова из Living Now studio (Nofar, Dante, Chiho) подошла к делу, как известный кинохудожник к построению кадра. Добавить воздуха в компактное пространство ей помогли симметрия и игра с цветом. А главный герой – открытая кухня – как и положено, расположился по центру, играя продолжение основного зала-гостиной.

В интерьере также много комбинаций элементов и материалов, свойственных для Америки 50-60-х годов и ставших популярными стилевыми приемами в Тель-Авиве сегодня. С порога гостей встречают глянцевые желтые стулья и рыжие люстры с бахромой, которые сразу же переносят воображение в эпоху винила. Затем на глаза попадаются остальные детали: вручную расписанная стена, тарелки, будто привезенные из поездок, панели из ореха и латунные элементы.

Разбавляет сложенную мозаику интерьера большой синий марлин, украсивший, по шуточной задумке дизайнера, стену с нарисованными соснами.

Читайте далее:
Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector