Мечети Франции

Парижская Великая Мечеть

Парижская Великая Мечеть ( Grande Mosquée de Paris) – самый впечатляющий исламский храм в Европе. Старейшая во Франции Джума-мечеть собирает на еженедельный пятничный намаз, а также во время религиозных праздников, многих горожан и гостей города, исповедующих ислам.

История Великой Мечети

Строительство Великой Мечети было связано с эпохой колонизации Францией североафриканских стран. Еще в 1842 году марокканское посольство выступило с предложением построить мечеть, повторив его в 1878 и 1885 годах. А 1846 году Восточная Компания внесла проект строительства мечети, мусульманского колледжа и кладбища в Париже и Марселе, считая, что это поможет усмирить восстания в новой колонии – Алжире. Но Министерство юстиции на долги годы «похоронило» этот проект «под сукном».

В 1895 году появился первый, неудачный и нереализованный, проект мечети, созданный по заказу Комитета французской Африки. И лишь Первая мировая война, на полях которой полегли более 100 000 французов-мусульман, стала решающим фактором в принятии решения о строительстве мечети в Париже. В 1917 году был организован комитет, отвечающий за строительство. 19 августа 1920 года Парламент Французской Республики принимает закон, согласно которому выделяет 500 000 франков на строительство целого комплекса, состоящего из мечети, института ислама, библиотеки и зала для учебных конференций, на месте больницы Милосердия в Латинском квартале.

19 октября 1922 года маршал Лиоте торжественно открыл строительные работы. В присутствии выдающихся французских и мусульманских деятелей был заложен первый камень – михраб. А уже 16 июля 1926 года мечеть торжественно открыли в присутствии президента Французской Республики и султана Марокко.

В годы Второй мировой войны на территории мечети прятали от гестапо еврейские семьи и участников французского Сопротивления. И благодаря подземных катакомбам, оставшимся от больницы Милосердия, помогали им выбраться из Парижа.

Архитектура

Великая Мечеть в Париже построена по образу и подобию старейшей марокканской мечети аль-Карауин и медресе Бу-Инания. Да и дворец Львов испанской Альгамбры сыграл свою роль при постройке комплекса. Белоснежное здание мечети украшено резными панелями из кедрового и эвкалиптового дерева.

Над ним возвышается квадратный минарет высотой в 33 метра. В большом внутреннем дворе – бассейн с фонтанами для омовения верующих и ухоженный сад. Молитвенный зал имеет необычную планировку, что придает ему воздушность. В мечети похоронен ее первый имам. У центральных дверей посетителей встречают двое нищих, совсем как в храмах Марокко.

Парижская Великая Мечеть в современном мире

Сегодня Великая Мечеть в Париже – это не только действующий мусульманский храм и институт теософии, но и туристический объект, который можно посетить в сопровождении гида.

Деятельность комплекса имеет несколько направлений:

  • Религиозное – внутренний двор, молельный зал и минарет. Сюда могут попасть только верующие.
  • Научное – институт теософии, исламская школа и библиотека. Деятельность института: толкование Корана, сравнение догматов ислама, христианства и иудаизма, изучение истории, традиций, искусства и литературы ислама. В школе проводится изучение арабского языка, изучение Корана и основ ислама.
  • Культурное – организация конференций на территории комплекса.
  • Коммерческое – кафе, ресторан, магазин, напоминающий базары Магриба и турецкая баня.

Время работы

Для посещения Великая Мечеть открыта в понедельник-четверг и субботу-воскресенье с 9.00 до 12.00 и с 14.00 до 18.00 (кроме мусульманских праздников).

Культурный центр открыт: понедельник-пятница: 10.00-12.00 и 14.00-17.00.

Кафе работает ежедневно с 10.00 до 23.30. Здесь подают марокканский мятный чай, восточные сладости, на веранде – кальян.

Ресторан «Ворота Востока» работает ежедневно с 12.00 до 14.30 и с 19.30 до 22.30. Гостям предлагаются блюда традиционной кухни стран Магриба.

Женские дни – понедельник, среда, суббота: 10.00-21.00, пятница – 14.00-21.00.
Мужские дни – понедельник, воскресенье: 14.00-21.00.

Парижская Великая Мечеть – это эмблема ислама во Франции.

Соборная мечеть Парижа – символ признательности французов мусульманам

Соборная мечеть Парижа имеет большое символическое значение для французов и проживающих во Франции мусульман. Длительная история переговоров о строительстве в Париже первой мечети отражает сложный процесс преодоления французами застарелых антипатий и предрассудков, позволивший им осознать мусульман в качестве полноценных граждан страны.

Первые контакты французов с мусульманами произошли в начале VIII века, когда войско Ислама, двигаясь из соседней Испании, заняло сначала независимую Аквитанию в 717 году, а затем, два года спустя, Нарбонну. Продвижение в глубь страны было остановлено в 732 году во время сражения, получившего название «Битва когорты мучеников» или «битва при Пуатье». Однако, в 888 году мусульманам удалось создать во французском Провансе свой маленький эмират, который был назван Джаляль аль-Хиляль (в европейской литературе известный как Фраксинет), просуществовавший чуть больше 80 лет и уничтоженный во время Реконкисты.

Несмотря на такое давнее знакомство, идея строительства крупного молитвенного сооружения для мусульман Франции возникла лишь в середине XIX века и получила практическое воплощение только в первой четверти XX века. Теперь обо всем подробнее.

Первые проекты строительства мечети были предложены посольством Марокко еще в 1842 году. Подобные предложения повторялись в 1878 и 1885 годах, однако не нашли отклика у французских властей. Затем в 1846 году Общество ориенталистов предложило правительству проект строительства мечети сначала в Париже, а затем в Марселе. Данное предложение было продиктовано попыткой умиротворения Алжира. Среди прочего, также указывалась на то, что мусульмане по своим убеждениям гораздо ближе к христианам, чем евреи. Однако это предложение встретило отказ со стороны Министерства юстиции, и проект был заморожен на 10 лет.

Источник фото: Wikipedia

В 1856 году по просьбе посольства Османской империи на востоке Парижа был выделен небольшой земельный участок площадью в 800 кв. метров для захоронения солдат-мусульман из 85 дивизии. Там же было построено небольшое здание, именуемое мечетью, где хранились погребальные принадлежности и читались молитвы. Это здание было первой мечетью Парижа. Первой мечетью Франции считалось аналогичное сооружение на турецком кладбище Марселя, которое было разрушено во время революции. Со временем здание обветшало и пришло в негодность, и Османская империя решила профинансировать работы по восстановлению и расширению мечети.

В 1914 году был предложен новый проект мечети с куполом, минаретом и сопутствующими зданиями, однако начавшаяся Первая мировая война помешала его осуществлению .

Одновременно со всеми этими событиями французский исследователь, публицист, общественный деятель и руководитель Африканского общества Франции Поль Бурдари начинает активную работу по агитации за строительство мечети в Париже. В своих статьях и частных беседах с влиятельными людьми Бурдари объясняет, что вопрос строительства мечети – это своеобразный акт признательности общества десяткам тысяч мусульман, которые пали на полях сражений, защищая Францию. Он привлекает к своей работе, которая длилась больше двадцати лет, целую плеяду французских политических, религиозных и общественных деятелей, а также некоторых дворян, которые оказывают весомую поддержку в деле проектирования, продвижения идеи во властные структуры и строительства мечети.

Источник фото: Wikipedia

Наконец, его труды увенчались успехом, в августе 1920 года Правительство Франции выделяет 500 000 франков для строительства комплекса, объединяющего под своей крышей мечеть, библиотеку и конференц-зал. Также было определено, что наиболее подходящим местом для строительства мечети будет район Сада растений. Стоит отметить, что это уникальный случай для Франции, так как данное решение правительства отступает от принципа лаицизма, согласно которому религия отделена от государства. Необходимо отметить, что особый вклад в основание и строительство мечети, кроме Поля Бурдари, внес ее первый имам Си Каддур Бенгабрит, знаменитый французский мусульманский деятель, родившийся в Алжире, который был завсегдатаем парижских салонов и снискал славу “самого парижского мусульманина”.

Первый камень в основание будущей мечети был заложен в 1922 году, а строительство началось в 1923 году. Автором проекта был французский архитектор, художник и писатель Морис Траншат де Люнель, который долгие годы проработал в Марокко и внес значительный вклад в сохранение памятников культурного наследия этой страны. Непосредственно сами строительные работы были выполнены Робером Фурне, Морисом Манту и Шарлем Юбе в соответствии с проектом де Люнеля.

В 1923 году межведомственная комиссия по делам мусульман приступает к рассмотрению проекта, предложенного Османским правительством в 1914 году, и приходит к мнению, что восстанавливать старую мечеть на османском кладбище не целесообразно, так как в районе Сада растений уже ведутся строительные работы.

Таким образом, в 1926 году в районе Жарден-де-Плант (Сад растений) 5-го округа Парижа появляется Соборная мечеть с 33-х метровым минаретом. Здание, выполненное в архитектурном стиле «мудехар», свойственном сооружениям мусульманской Андалусии, было открыто для посетителей 15 июля 1926 года. В церемонии открытия принимали участие президент Франции Гастон Думерг и султан Марокко Мулай Юсуф.

Си Каддур Бенгабрит – первый имам Парижской соборной мечети / Источник фото: Bibliobs

Создавая проект Соборной мечети Парижа, де Люнель был вдохновлен двумя жемчужинами мусульманской архитектуры. Первая – это марокканская мечеть Аль-Карауин, основанная Фатимой аль-Фихри в 859 году, которая считается старейшим духовным и образовательным центром исламского мира. Вторая – это старейшая мечеть Туниса аз-Зайтуна, великолепие которой послужило источником вдохновения для строительства последующих мечетей, в том числе и знаменитой Большой мечети Кордовы. Над внутренним убранством парижской мечети работали мастера из Северной Африки.

Само здание располагается на территории в 7500 кв. метров. Кроме мечети здесь также расположены библиотека, медресе, конференц-зал, ресторан, чайхана хамам и магазины. Почти половину территории занимают сады. Мечеть вмещает до 1000 человек, имеются отдельные залы для мужчин и женщин, комната для омовения, оборудованы специальные входы для людей с ограниченными возможностями. При мечети работает мусульманский институт, который также уполномочен выдавать сертификаты «халяль». С 1983 года здание является историческим памятником, а также имеет особый статус «Наследие двадцатого века».

Источник фото: Wikipedia

Интересные факты

· во время Второй мировой войны Соборная мечеть Парижа была центром участия мусульман Франции в движении Сопротивления, боровшегося с нацистскими оккупантами. Об этом был снят фильм «Свободные люди» франко-марокканского режиссера Исмаэля Феррухи с Тахаром Рахимом и Майклом Лонсдейлом в главных ролях

· по разным данным во время войны здесь нашли убежище от 500 до 1600 евреев, которым кроме пищи и крова были предоставлены удостоверения, свидетельствующие об их мусульманском происхождении.

· после смерти последнего султана Османской империи Абдульмеджида II в 1944 году, когда в Турции отказались принять его тело, оно на протяжении 10 лет было погребено у Соборной мечети Парижа. В 1954 году тело было отправлено в Медину и перезахоронено

· до сегодняшнего дня в мечети сменилось 6 имамов. Начиная с третьего имама Хамзы Бубакера, все имамы носят титул ректора.

· в назначении имамов этой мечети ведущая роль принадлежит правительству Алжира, которое также финансирует треть бюджета.

Входное крыльцо мечети с его светлой дубовой дверью, усеянной бронзой, украшено эвкалиптом и коралловым деревом. Мечеть открыта для посещений не только мусульман, но и туристов каждый день, за исключением времени намаза и пятничной проповеди. Для туристов и любителей арабской экзотики при мечети функционирует ресторан «У врат Востока», где можно отведать традиционные алжирские и марокканские блюда.

Франция: исламское будущее не за горами?

Западные блоггеры пишут, что, согласно данным новейших опросов общественного мнения, 32% французов разделяют идеи правоцентристской партии «Национальный фронт» (лидер — Марин Ле Пен). Дело в том, что эта партия выступает за ограничение иммиграции во Францию из мусульманских стран. 54% французов согласны с тем, что правительство дало чересчур много свободы мусульманам, которые делают ислам частью общественный жизни страны.

Парижские СМИ постоянно сообщают о беспорядках, поджогах и изнасилованиях, в которых участвуют мусульмане. Увы, женщины уже не могут ходить по улицам французских городов, не опасаясь мусульманских преследований. 70% заключённых в тюрьмах Франции составляют именно мусульмане. Между тем любой человек, заговоривший о проблемах исламизации, будет обвинён в исламофобии и нетерпимости.

В репортаже Ольги Скабеевой («Вести») рассказывается о том, что Париж меняет свой культурный облик на глазах. В аббатстве Сен-Дени два раза в неделю (в четверг и субботу) запрещено говорить по-французски. Можно только на арабском.

Вот частная школа для мусульман. В расписании первым уроком — Коран. И так — каждый день.

«С двух лет девочка из Марокко и все её восемь сестер носят чадру. В семье Аиши и не пытались учить французский.

Появляться в школе в джильбабах — больших бесформенных накидках, закрывающих все тело, кроме лица, — французский закон запрещает, но в этой школе светский закон не писан…»

Многие частные школы действуют подпольно. Их адресов не найти ни в Интернете, ни в справочниках. Формально они вообще не существуют.

Точно сказать, сколько мусульман сегодня во Франции, никто не берётся. По данным, приводимым О. Скабеевой, не менее 10% жителей Франции совершают намаз (от шести до восьми миллионов человек). Двести тысяч человек мусульман в год во Францию прибывает легально, ещё столько же пересекает границу без документов.

Во Франции действует 2.200 мечетей. По подсчётам французского Исламского совета, каждому правоверному для совершения обряда нужен как минимум один квадратный метр. И это значит, что количество мечетей нужно удвоить.

Лидер «Национального фронта» Марин Ле Пен бьёт тревогу — заявляет, что Франция вот-вот станет мусульманской страной. Она считает, что нужно остановить поток эмигрантов путём официального запрета въезда.

Кто эти въезжающие? 43% из них никогда не пытались работать. 19% живут за чертой бедности — на улицах, в картонных коробках. При этом на семью этнических французов в среднем приходится один ребёнок, на мусульманскую — пять. Социологи посчитали: ещё 23 года, и Пятая республика станет мусульманской.

О том, как ассимилируются мигранты во французском обществе и происходит ли исламизация Пятой республики, в интервью «Голосу России» недавно рассказал исследователь при Центре социологических и политических исследований города Парижа Тарик Йилдиз.

Тенденцию исламизации аналитик считает общеевропейской. Тому он называет две причины: миграционные потоки нескольких десятков лет и демографическая составляющая: у иммигрантов более высокая рождаемость.

Численность мусульман, вероятно, будет продолжать увеличиваться. Но всё же демография мусульман, указывает Тарик Йилдиз, всё больше походит на демографию коренных французов: дети из многодетных семей сами заводят лишь двоих детей.

Во Франции была реализована особая идея мультикультурализма. Долгое время французская модель заключалась в ассимиляции, продолжает исследователь. То есть приезжающие во Францию могли вливаться во французское общество. Но в последние тридцать, даже двадцать лет произошёл переворот: под влиянием Евросоюза к иммигрантам появились некоторые требования, а заодно требования «адаптироваться к иностранцам» появились и к государствам. Но получилось так, что на практике людям не дали возможности «хорошо влиться в общество».

Общественное мнение сегодня восстаёт против иммиграции и интеграции. Недавнее исследование «Ipsos» уже констатировало несовместимость мусульманской религии и Французской республики.

Большая часть мусульман, по мнению аналитика, исповедует религию сдержанно. Эти люди «абсолютно не проблематичны с точки зрения интеграции». Существующие в обществе проблемы они переживают очень болезненно: ведь этих людей смешивают с радикальными исламистами. Но ведь они же в первую очередь и критикуют этих исламистов.

Наряду с ними существует другая часть иммигрантов, в которую входят те, кто склонен к салафизму. Эти люди финансируются из Саудовской Аравии или из других стран Персидского залива. Они находятся в открытом противостоянии с государством и не признают французскую модель.

Чтобы учитывать эти нюансы на государственном уровне, нужно отвечать на любой зашедший слишком далеко случай: например, когда салафиты не позволяют мужчине-врачу осматривать их жён. Государство не должно пропускать таких случаев, считает аналитик.

Тарик Йилдиз даёт на ближайшую перспективу пессимистичный прогноз: для изменения ситуации нужна политическая воля. Изменить ситуацию можно, «но нужно захотеть».

На сайте «Слово без границ» 22 февраля был опубликован фрагмент статьи Майи де ла Баум из «Нью-Йорк Таймс», посвящённой вопросу изменения исламской культурой облика Франции.

Правительственные борцы с терроризмом, пишет автор материала, не устают предупреждать, что обратившиеся в ислам граждане «представляют собой ключевой элемент террористической угрозы в Европе» — ведь они имеют западные паспорта и не выделяются внешним видом. Что касается французских мусульман, то последние считают подобные высказывания проявлением нетерпимости со стороны властей.

Так это или не так, но ислам во Франции принимают всё чаще. «Явление это приобрело впечатляющие масштабы, особенно с 2000 года», – говорит отвечающий за религиозные вопросы в МВД Бернард Годар. Мусульманские ассоциации утверждают, что число принявших ислам во Франции достигает 200 тысяч. Впрочем, точных статистических данных не существует. Главное, по мнению Годара, бывшего офицера французской разведки, здесь то, что сегодня изменилась сама «природа перехода в ислам».

Раньше ислам принимали, чтобы жениться или выйти замуж. Теперь всё иначе: молодёжь видит в этом средство социальной интеграции, особенно в мусульманских районах. Возник и термин: «обратная интеграция».

Ислам стал не только доминирующей социальной нормой, но и альтернативой окружающей бедности и страданиям — в первую очередь в пригородах.

Имам Хассен Чалгуми из парижского пригорода Дранси полагает, что распространению ислама способствует также официальный атеизм Франции, порождающий «духовную пустоту». «Секуляризм стал антирелигиозным, — говорит Чалгуми. — Таким образом, он создал противоположное явление. Это позволило людям открыть для себя ислам».

Рафаэлло Силлити, владелец небольшого магазина «Аверроэс» возле мечети в парижском пригороде Кретей, уверен, что французская культура и ислам вполне могут мирно уживаться.

Кстати, на общественные настроения влияют и новообратившиеся знаменитости, например, футболисты. Игрок французской сборной Николя Анелька принял ислам в 2004 году, сменил имя на Абдул-Салам Биляль Анелька. Игрок из северной Франции Франк Рибери принял ислам в 2006 году, чтобы жениться на мусульманке. Его стали звать Билялем Юсуфом Мухаммадом.

Несмотря на рост новообращённых и декларируемое миролюбие ислама, последний крупный опрос «Франция-2013: новый раскол» показывает: 74% граждан страны считает ислам нетерпимым и несовместимым с ценностями французского общества. 70% поддерживают утверждение, что в стране слишком много иностранцев, ещё 62% утверждают, что сегодня не чувствуют себя дома, как раньше, а 57% уверены, что нетерпимое отношение иммигрантов из бывших колоний к коренным французам стремительно набирает обороты.

Имам Хассен Чалгуми, которого французская пресса называет «имамом Республики», мусульманское сообщество — «еврейским имамом», а исламские фундаменталисты грозят ему расправой, недавно ответил на вопросы «Голоса России» о религии, ксенофобии и борьбе с расизмом.

На вопрос о недоверии коренных французов к исламу имам дал ответ:

Ислам, говорит Хассен Чалгуми, — мирная религия. Политические манипуляции или использование религии экстремистами из «Аль-Каиды» очерняют ислам. В интервью имам выразил благодарность Франции за то, что она защищает умеренный ислам. Чалгуми — из тех, кто поддержал закон против ношения хиджаба.

Что касается острого вопроса о финансировании французской пропаганды радикального ислама, то имам признал: да, эта практика существует.

Ислам должен быть независимым, считает имам, основанным на духовных ценностях, свободным от политического влияния или внешнего вмешательства.

На вопрос о том, как примирить ислам и французов, имам ответил следующим образом. Во-первых, мусульмане должны противостоять экстремистам, осуждать действия экстремистов, открыто заявлять свою позицию. Во-вторых, Республика должна пресекать расизм. Таким образом, каждый должен навести порядок на своей территории.

Достопримечательности Франции

Топ достопримечательностей (1332)

Могила Наполеона Бонапарта находится под золочёным куполом собора Святого Людовика Дома инвалидов. Как известно, Наполеон скончался на острове св. Елены 5 мая 1821 года. В 1840 году король Луи-Филипп получил согласие Великобритании на возвращение праха изгнанника во Францию.

Лувр был и крепостью, и королевским дворцом, а сейчас он – один из крупнейших музеев мира, принимающий в год до 10 миллионов посетителей. Построенный в 1190 году при Филиппе-Августе как крепость, Лувр потерял свои оборонительные функции в XIV столетии, и архитектор Карла V Раймон дю Тампль начал превращать его в королевскую резиденцию.

Парижский Диснейленд – одна из самых популярных достопримечательностей не только Франции, но и всей Европы. Люди часто предпочитают этот парк аттракционов Лувру или Эйфелевой башне. А ведь парк мог оказаться в другой стране.

Эйфелева башня – символ Парижа, её силуэт виден здесь почти отовсюду. Каждый день сюда стремятся тысячи туристов. Но так было не всегда. Стальная башня на Марсовом поле – памятник дерзаниям XIX века. Во второй половине столетия Франция, демонстрируя своё технологическое лидерство, провела ряд всемирных выставок.

Крепость Бастилия, расположенная в Гренобле на правом берегу реки Изер, была построена в середине XIX столетия. Однако еще в конце XVI века на этом месте была построена крепость для защиты Гренобля от нападений.

Памятников Жанне д’Арк в Париже несколько, самый известный из них установлен на небольшой площади Пирамид, что на Риволи. Площадь, расположенная напротив входа в сад Тюильри, названа так в память об экспедиции Наполеона в Египет.

Необыкновенно красивая площадь Массена по масштабам не уступает парижским. Это настоящий центр города, по которому хочется ходить и ходить. Площади почти два века: она зарождалась в период интенсивного развития города в 1820-1830 годах.

Старый город – древняя часть Ниццы, в которой легко заблудиться. Беспорядочный лабиринт улочек, старинные дома, кругом – ресторанчики, лавки, галереи художников. Бродить по Старому городу лучше пешком: по многим узким улочкам автомобиль не проедет, а велосипед придётся таскать по каменным лестницам.

Кафедральный собор Отёна был освящен именем Лазаря – того самого, которого воскресил Иисус Христос. Лазарь был воскрешен на четвертый день после своей смерти, после этого прожил еще целых тридцать лет, за которые успел даже стать епископом.

Собор Парижской Богоматери – один из самых известных храмов мира, выдающийся памятник архитектуры, воспетый поэтами, писателями, художниками. Стройная масса собора на острове Сите видна издалека. Когда римский император Константин в начале IV века признал христианство, здесь на месте бывшего языческого храма появилась церковь святого Стефана.

Площадь Гарибальди – одна из старейших в городе. Это символическое для Ниццы место, связанное с именем самого знаменитого её сына. Такое название она носила не всегда: ансамбль неподалёку от городской гавани начал формироваться ещё в XVIII веке.

Версаль – самая известная в мире королевская резиденция. Окружённая знаменитым парком, она находится в шестнадцати километрах к юго-западу от Парижа. История Версаля Первое упоминание о замке на этом месте восходит к XII веку.

Название одной из самых больших площадей Франции произошло от названия виноградника, который принадлежал епископу в XII веке. Он назывался «красивый сад» или «bellа curtis». Площадь Белькур в Лионе признана третьей по величине площадью в стране – ее размеры 312 на 200 метров, больше нее во Франции только парижская площадь Согласия и Шахматная площадь в Бордо.

Аллея Звёзд около Дворца фестивалей и конгрессов в Каннах может стать одним из самых больших разочарований для туриста. Прежде всего, это никакая не аллея. Воображение рисует два ряда пальм, а между ними – вмурованные в тротуар отпечатки рук кумиров.

Базилика Сен-Сернен – один из старейших храмов в Тулузе и единственное сохранившееся от аббатства Святого Сатурнина здание. Базилика также была освящена именем этого святого, который жил здесь в III столетии, был первым епископом в городе и, отказавшись участвовать в языческих жертвоприношениях, принял мученическую смерть – был привязан к быку, которого погнали по городской площади.

Кафедральный собор Нарбонна входит в число самых высоких храмов Франции – высота его сводов составляет около 40 метров. Собор был освящен именами Юста и Пастора, двух малолетних братьев, которые в начале IV столетия были подвергнуты мучениям и казни за свою христианскую веру.

Античное наследие древнего города Араузиона в Оранже представлено двумя сооружениями – триумфальной аркой и театром. Оба строения охраняются ЮНЕСКО как объекты Всемирного наследия. Активное строительство в Араузионе было развернуто после того, как земли поселения и вокруг него были подарены императором Октавианом Августом воинам второго легиона.

Елисейские поля – самая известная и де-факто главная улица Парижа. Здесь – самые дорогие и шикарные рестораны, здесь проходят военные парады в дни национальных праздников Франции, сюда устремляются миллионы туристов со всего мира.

Наверное, нигде в мире больше нет площади, на которой стоят сразу три памятника близким родственникам. А в Париже такая есть. Она носит имя генерала Катру, но могла бы называться площадью трёх Дюма – на ней стоят памятники писателям Дюма-отцу и Дюма-сыну, а также самому старшему – отцу отца – генералу Дюма.

Монмартр – бывшее предместье Парижа, лежащее примерно в 4,5 километрах к северу от Сите. В черту города бывшая деревня вошла только в 1859 году. Сегодня это одно из самых привлекательных для туристов мест – здесь находится великолепная базилика Сакре-Кёр, отсюда открывается невероятный вид на Париж.

Ислам завоюет Францию малой кровью

Французский исследователь Жан-Поль Гуревич всю жизнь занимается вопросом исламских миграций. Он автор многочисленных книг по проблеме радикального ислама и его распространения в мире, о тайных сетях снабжения деньгами и оружием исламистского подполья. Миграции разнообразны: из одной мусульманской страны Африки в другую, из стран Магриба (Алжир, Марокко, Тунис) в Европу, из Ирана в Турцию и пр. О том, как проходят эти процессы и что они сулят в будущем, Гуревич рассказал по скайпу в прямом эфире видеостудии Pravda.Ru.


Ислам начал захват Европы через Францию?

Согласно его анализу, во Франции проживают никак не 11 миллионов мусульман, а не более четырех. (Имеются ввиду люди, посещающие мечеть и соблюдающие религиозные обряды). Тем не менее, его прогнозы не грешат оптимизмом и в чем-то схожи с настроением русских аристократов накануне октября 1917 года: механизмы интеграции отсутствуют, что делать — непонятно, и вообще “не угадать, куда несет нас рок событий”. В настоящее время французский ученый готовит к выходу в сентябре новое исследование: “Исламский бизнес: рассадник терроризма”.

— На проблему иммиграции в Европу существуют две противоположные точки зрения. Одни заявляют, что мигрантов во Франции уже 12-15 миллионов. Другая точка зрения гласит, что эти люди не столь многочисленны, и надо их отправить обратно к себе домой. Что вы об этом думаете?

— Существует широкое понимание мусульманского сообщества. Во Франции таких — 8-9 миллионов человек. Из них берем более малый круг — количество мусульман, которые ходят в мечеть, их — 3,5-4 миллиона. Но, конечно же, у многих, особенно молодых людей, ислам не является ярко выраженной постоянной религией, они просто мусульманского происхождения.

Напротив, есть те, которым дорог так называемый радикальный исламизм. Их всего около 100 тысяч человек, и главное, что среди них есть “твердая косточка” в центре: люди, готовые перейти к действию, если их организовать и направить. Таких около 10 тысяч человек.

— Во Франции сейчас многие люди записываются в стрелковые клубы, потому что опасная обстановка. Возможно ли, на ваш взгляд, провести ускоренную ассимиляцию, чтобы мигранты стали больше французами, чем мусульманами?

— В исламском коммьюнити большинство людей хотят просто спокойно жить в нашей Французской республике. Они, конечно же, сами стремятся к ассимиляции, поэтому это возможно. Но внутри этого сообщества существует, не будем забывать, люди, которые решили обратиться к радикальной религии, а не к республиканским ценностям. Эти люди хотят, вопреки нашим интересам, создать халифат.

Теперь у нас идут дебаты по поводу халяльного мяса, внешнего одеяния и так далее. Этому сообществу удалось восстановить против себя значительную часть Франции. У исламизма есть цель — заставить к ним присоединиться большинство мусульманского мира. Франция, дескать, сражается с мусульманским миром; против нас, бедных мусульман, Франция развернула настоящие военные действия, целую армию, говорят они,

Соответственно, они предлагают своим единоверцам присоединиться к их лагерю против французов. Для этих людей быть мусульманином — значит исповедовать религию, и только потом в какой-то мере подчиняться законам республики. Поэтому наш премьер-министр Вальс и другие руководители государства уже говорят об исламо-фашизме и необходимости репрессий.

Власти сообщают, что закрывают мечети, а имамов высылают, но на самом деле это не совсем правда. Мы видим, что оказались зажатыми между двумя идеологиями. С одной стороны, есть люди, стремящиеся к спокойствию, умиротворению, и люди, желающие, чтобы французы приняли в страну мусульман для избежания массовых беспорядков.

И есть второе мнение, представленное Николя Саркози, Марин Ле Пен и в некоторой мере Мануэлем Вальсом. Эта точка зрения заключается в том, что сейчас надо срочно реагировать, потому что мы уже находимся в состоянии войны. А в состоянии войны нельзя позволить вновь прибывшим к нам исламистам править, устанавливать свои законы и порядки.

Французская модель начала прошлого столетия больше не функционирует. Церковь, школа, работа, армия и общество — все эти модели поставлены под вопрос или признаны устаревшими. Система, которая действовала при помощи этих интеграционных механизмов, больше не работает.

Поэтому, если мы желаем интеграции, чтобы мусульманское сообщество прежде всего признавало себя французами, а уже потом — мусульманами, надо искать новые механизмы интеграции. Наши правители настаивают на том, чтобы жить вместе. Но некоторые меньшинства вообще не желают, чтобы такая модель существовала. Заместитель главы мажоритарной партии Швейцарии Оскар Фрейзингер добился победы на референдуме о закрытии минаретов, но, с другой стороны, не выиграл другой референдум — об ужесточении миграционного законодательства.

— Надо ли включить репрессии? Или, наоборот, облегчить ассимиляцию?

— Мусульманское сообщество может только расти, потому что миграция растет. Также деторождение у мусульманских женщин намного выше, чем у француженок. Большей частью африканки дают прирост населения Франции, и они большей частью мусульманки. Это порождает у наших сограждан страх, что однажды государство превратится в мусульманское.

Поэтому надо опираться на статистику и сказать: завтра этого не произойдет, послезавтра тоже. Тем не менее, это — возможный сценарий, нельзя исключать, что до конца текущего века большая часть французского населения станет все-таки мусульманской. Сейчас уже ясно, что нам так никогда и не удалось эффективно интегрировать ислам во Францию. Четыре миллиона входят в сообщество мусульман Франции. Это доказывает, насколько важна данная проблема.

Наша традиция заключается в том, что все должно происходить из центра, из Парижа. Сегодня у нас есть исторические регионы, лишенные власти, но даже если бы мы вернули им власть, нам не удалось бы справиться с мусульманской проблемой. Наше население и правители готовы перейти к децентрализованной системе, но даже если бы вдруг это удалось, скорее всего пользы это не принесет.

Дело в том, что мусульмане концентрируются в небольшой части Франции. Это Иль-де-Франс — центральная часть страны вокруг Парижа, кроме того, они расселены в Лангедоке, Руссильоне, Пикардии, Роне, Альпах, Провансе. В этих регионах и встает проблема. У нас большая активность исламистов в этих регионах. В ответ, соответственно, растет поголовье ультраправых. Возможно, что скоро мы дойдем до прямой конфронтации.

Кроме того, наша большая проблема в том, что масс-медиа плохо информируют людей. Очень трудно сегодня получить правдивую информацию, потому что мы живем в условиях вероломной пропаганды. Она очень хитрая и лукавая. Любую ситуацию нам неправильно интерпретируют. Это отражается, в частности, и в том, что касается иммигрантов.

— Есть мнение, что Франция должна восстановить все то, что она разрушила в Сирии, Мали, Ливии… — везде, где французская армия участвовала в военных операциях. Возможно, это и позволит справиться с проблемой иммиграции, потому что многие беженцы отбудут обратно к себе домой? Что вы об этом думаете, господин Гуревич?

— Похоже на правду. Но, во-первых, в странах, разоренных войной, трудно просить у Франции, которая пришла на помощь населению, сражавшемуся с исламистами, чтобы Франция восстанавливала то, что разрушили там исламисты. Мы хорошо знаем, что произошло в Ливии, именно так там все и было. Ясно, что из нас пытаются сделать козла отпущения, пытаться сказать, что Франция во всем виновата.

Я совершенно не против того, чтобы мы признали себя виноватыми там, где мы были неправы, если мы что-то сделали не так в Мали, в Нигерии и других странах, где мы участвовали в операциях. Но нам удалось-таки справиться с напором исламистов на Ближнем Востоке, результат там — не совсем негативный.

Но мне все-таки кажется, что возврат населения в страны происхождения возможен только после восстановления там мира, при какой-то стабильности. А мы еще очень далеки от этого сценария, поэтому отток мусульман в страны происхождения сегодня даже нереалистично рассматривать.

Подготовил к публикации Юрий Кондратьев

Беседовал Александр Артамонов

Франция в мечетях

Женщины, одетые в хиджаб, прогуливаются между продовольственных лавок джелабба и свадебных платьев. Мужчины листают с почтением Коран или сборники фетв в библиотечных лавках. Подростки смакуют Мекка-Колу в буфете, слушая восточную музыку. Как и каждый год, объединенная организация мусульман Франции принимала исламскую общину в Бурже. Во время Пасхи. В течение всего конгресса группы желающих добиваются выполнения обязательств по строительству мечетей. Успешно.

Документ, который опубликовала на этой неделе «Valeurs Actuelles» — необычаен. Это карта, от департамента к департаменту, культовых исламских мест Франции: их около 1550, если верить справочнику мечетей Франции. Путеводитель, изданный ассоциацией Буссоль в 2003 году, представляет собой первую серьезную работу по переписи мечетей и мест для молитвы во Франции. В нем есть адрес, часы открытия и вместимость каждого из культовых мест. Большая часть находится на восточной линии, связывающей Гавр с Монпелье, в промышленной Франции, где расположилась с 1950 годов рабочая сила из Магрибы и Турции: север Па-де-Кале, Иль-де-Франс, Альсац-Мосель, Рон-Альп, Прованс-Альп-Кот-д’Азюр. Семейная клановость помогла иммигрантам закрепиться в этих регионах с 1975 года.

Нажать для увеличения

Буссоль предусматривал выход в 2006 году нового издания своего сборника, который будет, без сомнения, не менее объемным. «Более 50 новых мусульманских культовых мест открываются во Франции каждый год» — говорит его президент Идриф Элуани. Другие эксперты заявляют, что их число приближается к 100. В прошлом году министерство внутренних дел насчитало 1685 мечетей и молильных мест. Их было около 100 в 1970 году: это уже далеко от «ислама в катакомбах» и подземелья.

Эта формула, которую мусолили без остановки, позволила тем, кто в ней участвует, оправдать строительство новых мечетей. Однако она уже устарела. Несмотря на то, что количество мечетей кажется незначительным, их вместимость достаточно велика: во всяком случае, более 269 тысяч мест для мужчин и около 55 тысяч — для женщин. 54 мечети могут принять более 500 верующих, 20 – более тысячи. Не считая пространств во дворах.

15 марта состоялось открытие мечети в Бонди. Говорят, что это «первая настоящая мечеть» в Сен-Сен-Дени. Это не ошибка, если рассматривать его в качестве первого культового здания в департаменте, но Сен-Сен-Дени насчитывает уже 97 мечетей и молильных мест, расположенных в этом районе. На площади в 600 м 2 , новое строение сможет вместить 1000 человек. Его цена – миллион евро.

«ЭТО НАПОМИНАЕТ МОЕ ДЕТСТВО В МАРРАКЕШ»

На открытии мечети присутствовали: Жан Поль Ушон, президент регионального совета, президент генерального совета Эрве Брами, префект Сен-Сен-Дени Жан Франсуа Корде и депутат округа Элизабет Гигу. Префект видит в этом «пример интеграции в республиканскую жизнь». Стены расписаны 99 именами Аллаха. «Это мне напоминает мое детство в Марракеш», — прошептала Элизабет Гигу, надевшая по этому случаю деликатный голубой муслиновый платок. «Мусульмане должны иметь право голосовать за самых понимающих кандидатов, с точки зрения ислама», — говорит ректор мечети Моххамед Менири. Главы соседних общин, приглашенные на церемонию, не должны были сожалеть, что приехали.

В прошлом году, во время рамадана, были заложены первые камни в основании мечетей в Аньере, Сен-Этьене, Страсбурге, которые позволили принять 2000 верующих под своим куполом, составляющим двадцать метров в высоту. В парижском регионе проекты так же увеличиваются. Клиши должен будет вместить в себя в 2007 году один из самых больших мусульманских комплексов Иль-де-Франс: достичь этого позволила договоренность между мэрией социалистов и национальной федерацией мусульман Франции. В Кретей будущая мечеть будет снабжена минаретом в 25 метров. Вместимость 2000 верующих.

Свои проекты, более или менее разработанные, есть также в Баноле, Сержи-Понтуаз, Женевийер, Монтрей, Торси, Трап, Ули. В Париже, Бертран Деланё хочет создать фонд финансирования строительства двух культовых мест, вместимостью 1000 каждое, в 18-ом городском округе.

Не все проекты настолько обширны. Просьба мусульманских организаций чаще всего о мечетях «близости», от 200 до 300 м 2 , вмещающих несколько сотен верующих. Во Франции очень редки мэрии, которые не рассматривают строительство хотя бы одной. Исламолог Франк Фрегози говорит также о «муниципальном волонтаризме». Некоторые процедуры отражают юридическую хитрость. За исключением Альсац-Моселя, закон 1905 года не разрешает районным муниципалитетам финансировать строительство религиозных зданий. Но ничто им не запрещает субсидировать культурные действия, распределенные между центрами, относящимся к мечетям, — «без уверенности в расходовании этих сумм».

Взамен закон позволяет районным коллективам гарантировать договоренность о займе на строительство культового места. Они могут также прибегнуть к долгосрочному арендному договору. Муниципалитеты разрешают культовым ассоциациям использование земли на долгий период (до 99 лет) за символическую плату. Гренобль предоставил мусульманской общине землю площадью 9000 м 2 , где будет построена интернациональная мечеть на 1500-2000 мест.

Юридические и финансовые ресурсы не истощаются. Итак, необходимо ли, на взгляд Николя Саркози, реформировать закон 1905 года? Жак Ширак, Жан Пьер Рафарен, Доминик Вильпен проводят закрытое совещание: нет вопроса, затрагивающего «опору Республики», — говорит глава государства. Желающий организовать ислам, «сходный по масштабам с Республикой», министр внутренних дел покровительствует созданию фонда помощи исламу. Федерации мусульман подписали акт об этом 21 марта в министерстве. «Очень важный этап», — заявил Доминик Вильпен: «ислам Франции» сможет располагать «средствами финансирования, которые позволят ему осуществлять свои проекты»: обучение имамов, реставрация и строительство культовых мест. Речь идет об «обеспечении полной прозрачности в использовании денежных средств, которые приходят от верующих, частных жертвователей или из-за границы».

Фонд, в котором заседают представители министерства, располагает уже капиталом в 800000 евро, помещенным в депозитную кассу. Откуда приходят деньги? От желающих нет отбоя, уверяет министерство. Главные жертвователи могут поздравить налоговые власти с принятым в прошлом году дополнением к закону о меценатах. Никаких сомнений, что начало строительства зданий и общественных работ наполнит их карманы: по мнению экспертов, рынок мечетей стремительно развивается…

Перевод с французского Георгий Козлов

Foi transmise et sainte tradition №129. 30 sept. 2005

Франция: 100-150 мечетей на стадии строительства

В настоящее время во Франции строятся от 100 до 150 мечетей, сообщил президент французского Совета мусульманской веры Мохаммед Муссауи (Mohammed Moussaoui).

Большинство проектов финансируются местными мусульманами и лишь несколько – иностранными спонсорами.

Министр внутренних дел Клод Геан (Claude Guéant) три месяца назад, выступая против намазов на улицах французских городов, утверждал, что за прошедшее десятилетие количество мечетей во Франции возросло с 1000 до 2000.

По данным Совета, по пятницам намазы совершают от 17 до 23% французских мусульман. Именно это позволяет считать их активными верующими, в отличие от тех, кто не ходит в мечеть.

Муссауи заверил, что считает недопустимым совершать намаз на улице, но понимает, что это происходит из-за нехватки мечетей.

По официальным данным, в Париже насчитывается 17 мечетей, которые способны вместить не более 13 тысяч человек, чего явно недостаточно.

8 комментариев

www.hudamedia.tv Юша Эванс – Как я принял Ислам

Бедная, бедная Франция! Страна мушкетеров превращается во Францистан, и Мечеть Парижской Богоматери маячит

вдумайтесь Волгарик, какое страшное слово Богоматерь

И вправду – страшное! Разве у Бога может быть мать. Бред!
А то, что во Франции количество мечетей увеличивается, так это альхамдулиллях! Это же самим французикам хорошо, не будут они в культурном шоке от тысяч молящихся на улицах, если мечетей будет больше. Ведь в Москве такие же проблемы из-за нехватки мечетей.

Я имел в виду книгу Чудиновой “Мечеть Парижской Богоматери”, в которой она описывает установление исламских порядков во Франции. Когда человек по имени Ксавье вынужден называться Касымом и т.п.А если во Франции увеличивается количество мечетей, следовательно, там увеличивается количество арабов. И Франция перестает быть Францией.

Во Франции без Мусульман налога плательщиков придется очень туго ,хотя бы потому что им придется (как минимум) еще раз поднять пенсионный возраст и сократить другие социальные выплаты на что Французы (как мы уже видели)очень остро реагируют. Причиной тому стало низкая рождаемость и большое количество пенсионеров (на душу того же налогоплательщика). Так что мусульмане во Франции скорее как спасательный круг для неумолимо утопающего

Ни кто коренным Французам не навязывает свою культуру , мигранты мусульмане такие-какие они есть и если в храмы ни кто не ходит то это проблема самих Французов , скорее наоборот Франция хочет чтобы мусульмане интегрировали в общество а это значит- Мусульманская молодежь должна посещать поп-рок и другие концерты ,употреблять алкоголь , покупать косметику , следить за (развратной) модой ,принять христианство , участвовать в гей параде и.т.д .

В Европе очень низкая рождаемость, во многих странах острейший демографический кризис. Понятно, что без эммигрантов им никак. Обычные исторические процессы – в Европе растет число мусульман, в Африке увеличивается количество христиан, стоит ли на этом слишком акцентировать? Если приезжие в Европе не способны интегрироваться в общество, то надо усиливать роль мусульманских общин, которые смогут их удерживать в рамках. Давать общинам больше полномочий, больше самостоятельности, пусть даже это будет “общество в обществе”. Чтобы преступно настроенные “элементы”, не желающие жить в соответствии с европейскими законами, не могли переступить те рамки, которые установят члены их же общины. Преступники из эммингрантов – это, в любом случае, отщепенцы, отколовшиеся от своих сородичей, единоверцев, потерявшие головы от европейской свободы, не умея ею пользоваться. Они должны быть под контролем общин и подчиняться им. Все равно европейцам, коренным и некоренным, придется находить компромисс, обратного пути у них нет.

Информация доступна только зарегистрированным пользователям.

Старейшая мечеть Франции на острове Майотта будет отреставрирована

Построенная в 1538 г. мечеть на острове Майотта является старейшей во Франции.

Солидный возраст здания в последнее время давал о себе знать – рушился потолок, помещения затапливало, в стене можно было увидеть трещины. Как сообщает агентство France 24, недавно была начата долгожданная реставрация мечети. Ожидается, что ремонт мечети обойдется примерно в два миллиона евро (2,2 миллиона долларов), средства выделит город Цингони и бюджет Франции. Ожидается, что работы будут завершены к концу 2020 года.

«Влажность, пыль, отсутствие вентиляции – я уже не мог терпеть это. У меня развилась аллергия», – жалуется Бадиро Абду, представитель местного совета, который молится в этой мечети столько, сколько себя помнит. В настоящее время Абду совершает намаз во временном молитвенном зале, расположенном на этаж выше исторической мечети.

Здание, расположенное на острове, 97% население которого составляют мусульмане, является старейшей действующей мечетью во Франции и с 2016 г. охраняется государством как исторический памятник.

«Надписи по краям михраба (ниша в стене, показывающая направление киблы) говорят о том, что мечеть была построена в 1538 году султаном Инсой», – говорит Амбасс Риджали, директор по культуре коммуны Цингони, бывшей столицы острова. Таким образом, мечеть была построена пять веков назад, «что делает ее современницей Нотр-Дама в Париже», – добавляет он.

Несмотря на шум, пыль и присутствие рабочих, прихожанин Абдиллахи Салим продолжает совершать намаз в историческом молитвенном зале. «Здесь молились мой отец и дедушка. Я не могу представить себя молящимся где-то еще», – говорит он.

Майотта – это заморский регион и департамент Франции, его официальное название звучит как “департамент Майотта”.

Майотта входит в состав Коморских островов и располагается в Мозамбикском проливе в Индийском океане у побережья Юго-Восточной Африки. Она находится между северо-западным Мадагаскаром и северо-восточным Мозамбиком. Ислам проник сюда в XVI в., когда на остров высадились арабы и основали здесь султанат Маоре или Маути. На сегодняшний день ислам является преобладающей религией на Майотте, его исповедуют 97% населения, 3% местных жителей христиане. В 1843 г. остров стал протекторатом Франции, а с 1909 г. – колонией. Когда в 1974 г. на Коморских островах был проведен референдум о независимости, большинство жителей архипелага проголосовали за отделение от Франции. Только 64% жителей Майотты высказались «против». Таким образом, остров остался территорией Франции, а в 2011 г. получил статус департамента Франции.

Мечети Франции

Построенная в 1538 г. мечеть на острове Майотта является старейшей во Франции.
Солидный возраст здания в последнее время давал о себе знать – рушился потолок, помещения затапливало, в стене можно было увидеть трещины. Как сообщает агентство France 24, недавно была начата долгожданная реставрация мечети. Ожидается, что ремонт мечети обойдется примерно в два миллиона евро (2,2 миллиона долларов), средства выделит город Цингони и бюджет Франции. Ожидается, что работы будут завершены к концу 2020 года.
«Влажность, пыль, отсутствие вентиляции – я уже не мог терпеть это. У меня развилась аллергия», – жалуется Бадиро Абду, представитель местного совета, который молится в этой мечети столько, сколько себя помнит. В настоящее время Абду совершает намаз во временном молитвенном зале, расположенном на этаж выше исторической мечети.
Как сообщает «Исламосфера», здание, расположенное на острове, 97% население которого составляют мусульмане, является старейшей действующей мечетью во Франции и с 2016 г. охраняется государством как исторический памятник.
«Надписи по краям михраба (ниша в стене, показывающая направление киблы) говорят о том, что мечеть была построена в 1538 году султаном Инсой», – говорит Амбасс Риджали, директор по культуре коммуны Цингони, бывшей столицы острова. Таким образом, мечеть была построена пять веков назад, «что делает ее современницей Нотр-Дама в Париже», – добавляет он.
Несмотря на шум, пыль и присутствие рабочих, прихожанин Абдиллахи Салим продолжает совершать намаз в историческом молитвенном зале. «Здесь молились мой отец и дедушка. Я не могу представить себя молящимся где-то еще», – говорит он.
Майотта – это заморский регион и департамент Франции, его официальное название звучит как “департамент Майотта”.
Майотта входит в состав Коморских островов и располагается в Мозамбикском проливе в Индийском океане у побережья Юго-Восточной Африки. Она находится между северо-западным Мадагаскаром и северо-восточным Мозамбиком. Ислам проник сюда в XVI в., когда на остров высадились арабы и основали здесь султанат Маоре или Маути. На сегодняшний день ислам является преобладающей религией на Майотте, его исповедуют 97% населения, 3% местных жителей христиане. В 1843 г. остров стал протекторатом Франции, а с 1909 г. – колонией. Когда в 1974 г. на Коморских островах был проведен референдум о независимости, большинство жителей архипелага проголосовали за отделение от Франции. Только 64% жителей Майотты высказались «против». Таким образом, остров остался территорией Франции, а в 2011 г. получил статус департамента Франции.

Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана

Парижская соборная мечеть – символ ислама во Франции

Старейшая мечеть Парижа – эпицентр жизни французской мусульманской общины, мост между государством и его мусульманскими гражданами.

В 5-м округе Парижа на тихой улице за ботаническим садом («садом растений», как его называют парижане) возвышается одинокий минарет. Тяжелая деревянная дверь как будто приглашает войти.

«Ас-саляму алейкум», ─ здоровается с гостями человек за стойкой.

Сидя в кресле в своем кабинете, доктор Далил Бубакер (Dalil Boubakeur) делает последние правки в речи для предстоящего мероприятия. Его помощник записывает под диктовку, слово за словом, детализируя фразу.

«Нужно, чтобы все было правильно. Что сказать – я перфекционист», ─ говорит он, смеясь.

Уроженец алжирского города Скикда, выходец из элитной семьи 76-летний муфтий – нынешний директор Великой мечети Парижа.

После переезда во Францию во время Алжирской войны, Бубакер получил специальность врача. Он возглавляет мечеть с 1992 года, до него эту должность занимал его отец Си Хамза Бубакер (Si Hamza Boubakeur).

«Великая мечеть Парижа играет важную роль как символ ислама во Франции», ─ говорит он.

После своего открытия в 1926 году Великая мечеть считается эпицентром жизни общины французских мусульман. Это старейшая мечеть страны, построенная в память о десятках тысяч мусульманских солдат, погибших за Францию на фронтах Первой мировой войны.

Вскоре после произошедших в последние несколько месяцев терактов во Франции и Германии, жертвами которых стали десятки людей, ответственность за оба взяла на себя организация «Исламское государство». По словам Бубакера, после этого мечети пришлось столкнуться с волной исламофобии во французском обществе.

По данным «Межминистерской делегации по борьбе с расизмом, антисемитизмом и гомофобией» (DILCRA), количество случаев агрессии в отношении мусульман утроилось: в 2015 году было зарегистрировано 425 инцидентов по сравнению с 133 в 2014 году.

В ожидании напряженной президентской гонки перед майскими выборами этого года мечеть обращается к своему прошлому, чтобы найти ответы на вопросы о своей роли в современной Франции.

Взгляд назад

После захвата территорий в Африке, начавшегося с вторжения Франции в Алжир в 1830 году, многие мусульмане стали французскими гражданами.

С оккупацией территорий на Ближнем Востоке после падения Османской империи рост мусульманского населения Франции продолжился.

«В тот период из-за своих колоний Франция считалась крупнейшей [европейской страной] по численности мусульман… В Париж приезжало много мусульман со всего мира, и было решено, что им нужно свое место для богослужений», ─ рассказывает Бубакер.

В 1905 году был принят закон о защите секулярности государства, поэтому государство не могло финансировать строительство каких-либо религиозных сооружений. Проблема была решена в 1921 году – мечеть построили две культурные ассоциации «Общество вакуфов» (Société des habous) и «Святые места ислама».

«Это был критический момент в истории ислама во Франции… Проект продвигали многие политики, наша религия была принята обществом».

По свидетельствам очевидцев, в 1940 году, когда Франция сдалась нацистской Германии, Великая мечеть Парижа спасла от гонений и депортации многих евреев. Глава мечети Си Каддур Бен Габрит (Si Kaddour Ben Ghabrit) выдавал евреям документы о мусульманском происхождении. В основном это были сефардские евреи из Северной Африки.

Самый известный случай – история алжирского певца, еврея Салима Халали (Salim Halali), рассказанная в фильме 2011 года «Свободные люди» (Free men), построенном на реальных событиях.

Сейчас Европа пытается справиться с крупнейшим кризисом беженцев за всю свою послевоенную историю, потоки беженцев наводнили улицы Парижа и другие города, например, Кале.

Франция также стала крупнейшим центром вербовки боевиков ИГИЛ, после провозглашения «халифата» в 2014 году отсюда воевать за него отправились сотни людей. В сентябре прошлого года министр внутренних дел Франции Бернар Казнев (Bernard Cazeneuve) сообщил о четырехкратном увеличении числа французов, вступивших в ряды ИГ в первой половине 2016 года – для сравнения, за тот же период 2015 года таких было 69 человек.

Правоохранительные органы объясняют это недавними потерями ИГ на местах, а также «усилением антитеррористических мер» во Франции.

Служение обществу

Что касается всей мусульманской общины страны, то Великая мечеть Парижа является зонтичной организацией для нескольких сотен мечетей по всей Франции.

«Наша роль – отстаивать присутствие ислама во Франции, ─ говорит Бубакер. ─ Мы работаем для всех мусульман, но большая часть нашей общины это, в основном, алжирцы. Алжир стал колонией Франции более ста лет назад, и в стране живет более 3 млн человек алжирского происхождения».

В то же время учреждение сохраняет связь со своими парижскими корнями. Каждый день здесь собираются на намаз сотни мусульман со всего города. На сегодня у нее тысячи прихожан.

Фатима Слимани (Fatima Slimani) – одна из них. 46-летняя служащая старается бывать в мечети как можно чаще – особенно по пятницам. Ей это удается не каждую неделю, но она считает мечеть своим домом.

«Здесь я чувствую связь с Богом. Я не слишком религиозна, но это место, где я могу спокойно помолиться. Мой отец – из Алжира. Здесь я чувствую свои корни».

Карим Буджедра (Karim Boudjedra) молится в Великой мечети во второй раз. 28-летний аспирант из Туниса за последние месяцы побывал в разных мечетях французской столицы.

«Я считаю себя либералом, но я ценю учение Корана. Я ищу мечеть, где было бы и то, и другое… Эта община выглядит вполне умеренной …», ─ говорит он.

В мечети чувствуют себя уютно парижане любых вероисповеданий.

В соседнем здании при мечети есть хамам, где также можно пройти сеанс массажа и косметических процедур, и ресторан, пользующийся широкой популярностью. Здесь подают блюда, навеянные духом североафриканской кухни: кускус, тажин, мятный чай.

«Мне нравится бывать здесь с друзьями. Мы заказываем мятный чай с пахлавой, ─ говорит медсестра Мелани Мартен (Mélanie Martin), считающая себя атеисткой. ─ Я однажды была в Марокко, и здесь все напоминает об этой удивительной поездке».

Мост

С политической точки зрения парижская соборная мечеть служит мостом между французским государством и его мусульманскими гражданами. Политики часто бывают на местных мероприятиях и регулярно общаются с Бубакером, пытаясь быть в курсе настроений общины по поводу текущих событий или государственной политики.

«У Великой мечети всегда были очень хорошие отношения с властями… Париж гордится своей мечетью», ─ говорит Бубакер.

Этот союз стал ключевым в стратегии правительства по борьбе с радикализацией французской молодежи.

Многие потенциальные боевики принадлежат к среде иммигрантов, выросли в бедных районах, в самых неблагополучных кругах.

«Несмотря на социально-экономические трудности и расизм, с которыми сталкиваются мусульмане, мы должны противодействовать радикальным и террористическим трактовкам ислама», ─ говорит мусульманский лидер.

Он считает подъем исламофобии печальным явлением, угрозой национальному диалогу и единству на его новой родине. Однако, по его мнению, это естественное следствие радикализации французского общества, воспринимающего мусульман как «козлов отпущения», которые должны отвечать за все его проблемы. Политические партии – в частности, популистский «Национальный фронт» во главе с Мари Ле Пен (Marine le Pen) – извлекают немалую выгоду из таких общественных настроений, утверждает Бубакер.

«Политики часто обвиняют мусульман, чтобы самим уйти от ответственности, ─ говорит он. ─ Но эта исламофобия коренится в отрицании более глубокой проблемы, как это бывает в политике. Гражданам кажется, что правительство не прислушивается к ним, не принимает их в расчет».

Главной своей задачей глава мечети считает содействие межрелигиозному пониманию и уважению во Французском обществе.

«Франция – это страна для всех, здесь мы можем жить все вместе… Я за интеграцию мусульман, так как, в конце концов, мусульмане или немусульмане, все мы – французы».

Читайте далее:

Добавить комментарий

Adblock
detector