Фамилии мастеров изготовляющих скрипки в болгарии | Vasque-Russia.ru

Фамилии мастеров изготовляющих скрипки в болгарии

О скрипках и скрипичных мастерах

Фото и репортаж – Михаила Уракова

На сей раз занесло нас с Мишей к человеку замечательному и знаменитому во всех смыслах. К одному из лучших скрипичных мастеров России (на большее пусть знатоки замахиваются) и просто славному человеку. Супруну Вячеславу. По традиции, делюсь фрагментами нашего общего, для меня поучительного, разговора. Как водится, на языке близком к языку оригинала:

“…Это только говорят, вот, какой-то мастер свой особый секрет знает… Что-то сам нашел, прочитал… На самом деле все здесь физика-акустика, никаких особенных хитростей. Просто есть вещи, на которые мастера обращают внимание, а есть те, на которые – нет.

Второе. Длина инструмента варьируется в пределах 6-8 мм. И важно понять, какой именно размер нужно выбрать именно для этого куска дерева. Если не попал, то уже никогда инструмент звучать не будет. Какие бы там толщины, своды, форму, лак ты не выдумывал, неправильно выбранная корневая система не даст ей заиграть. Никогда. И наоборот. Мы, например, с моим другом, тоже мастером, на спор делали две скрипки. Правильные. Я делал все классически, а он свою покрывал чуть не битумным лаком, и инструменты все равно звучали. Потому что корни и ствол были сразу заданы правильно.

Главное, правильно попасть в пару и определить длину инструмента. И здесь важен контакт с деревом. Понять, что ему нужно, и сделать так, как ему нужно. Оно диктует мне. Я, когда только приклеиваю обечайку к нижней деке, уже чувствую объем будущего звучания и знаю высоту обечайки. Дерево мне само командует. Потом, оно же все простукивается, прослушивается, и я сразу вижу своды… Какие они должны быть. Мне говорят, ты как-то настраиваешь свои скрипки. Я никак не настраиваю. Я делаю, как деревяшка говорит. А звуки никогда не бывают одинаковые. Вот, ты взял деревяшку, склеил сегменты, один рос на запад, другой на север, остальные – иначе. Все по-разному. Плотность, солевой состав…

В основе лежит длина волны. Мне достаточно провести пальцами по дереву, постучать ладонью, и я уже слышу его. Знаю, что ему нужно.

В скрипке звук от трения смычка, через подставку передается на верхнюю деку. Потом, через дужку, – на нижнюю. И, наконец, звук передается внутрь, в корпус. Там он «варится», как мы говорим. И потом выплескивается через эфы. И мы его слышим. Звуковые колебания, проникают не только в материал скрипки, но и в человека. Если волны, которые идут от инструмента, совместимы с волнами человека, который играет или слушает, то звук его устраивает, и он получает удовольствие. Если нет, то инструмент может быть просто шикарным, но звук этого инструмента человека никогда не устроит. Мало того, человек тогда, своими колебаниями, будет только мешать инструменту звучать правильно. Инструмент в других руках может звучать лучше…

Можем взять, например, скрипичный концерт, который играет… Хейфец. На Страдивари. И половина зала, те, кому попала волна, могут охать: какой тембр, как играет! А остальная половина зала – плеваться. Потому что вторая половина не попала. Мы все разные.

Самое главное, чтобы инструмент сочетался с биополем исполнителя. Потому что все время играть одно и то же, по тысяче раз, всю жизнь – тяжело. А каждый раз еще нужно стремиться к тому, чтобы сыграть, как первый раз. Это можно только тогда, когда исполнитель сам получает очень большое, максимальное удовольствие от игры “.

Фото и репортаж – Михаил Ураков

Вячеслав Супрун.
Мастер скрипки – II

“. Иногда бывает, что человек играет на Страдивари и понимает, что в зал он хорошо звучит, а сам при этом – мучится. Самое главное, чтобы подобрать инструмент в человека. А потом еще и смычек подобрать. Это всегда тройственный союз.

Если мы посмотрим на людей со стороны биополя, то мы увидим, что есть низкочастотные люди, есть среднечастотные и есть высокочастотные. Высокочастотные – это всегда лидеры. Возьмите и хлопните легко по ладоням двух людей. И вы сразу услышите, кто выше, кто ниже… Женщины, как правило, ниже мужчин. Это правильно. Если женщина выше, то она будет одиночкой. Несчастной на всю жизнь. Бизнес-вумен – они все высокотоновые. Поэтому колонки делают обычно трехполосными, чтобы гарантированно попасть в тон с максимальным количеством людей.

В скрипке есть верх и низ, клен и елка. И важно, чтобы они совпали. Тогда будет эффект, как у той роты солдат, которая, шагая в ногу, обвалила мост.

Конечно, в маленькой комнате любой инструмент, даже плохой, все прозвучивает. А как только мы его вынесем в большую комнату или в зал – все… Есть такое понятие «носкость звука». Когда инструмент с правильной парой и когда там все правильно сварено и все трясется, тогда он может даже не очень громко звучать… Но он будет звучать и здесь, и через двадцать метров одинаково.

Я обычно, когда даю слушать скрипку клиентам, то вывожу их на кухню. Через две закрытых двери отсюда. Да еще и коридор – коленом. И они не верят, что инструмент там так звучит, пробив две закрытых двери. В комнате очень сложно понять, как он играет, а вот так – просто. Если носкость есть, наплевать, где играть. Хоть в зале, хоть на улице. Главное останется. Есть залы, которые гасят больше, чем улица. У нас в Москве, например, это зал Филармонии. Вообще самая поганая акустика, которую я слышал. А лучший акустический зал – это, конечно, Рахманиновский. Хотя он длинный, пенал, но он как-то сделан… Малый зал очень хитрый. В Малом зале все звучит на галерке. Там звучит все – любое г. и даже на некоторых конкурсах жюри сидит на галерке.

У нас, перед конкурсом Чайковского, есть свой конкурс. Скрипичных мастеров. Тоже три тура. Первый тур – все смотрят: играбельно-неиграбельно, размеры, внешние данные, материал изготовления. Во втором туре мастера и музыканты уже вместе проверяют инструменты. Мастера выставляют свои баллы по всему – по столярке, лаку, по эстетике. Музыканты по звучанию. А третий тур… Туда проходит всего десять инструментов. Вне зависимости от того, сколько было заявлено вначале. Все они идут под номерами, никаких имен. Все закрыто. Оба жюри в третьем туре только слушают. Инструмент играет за ширмой, его не видят. У исполнителя глаза завязаны. Полная объективность.
И что сделали однажды? Взяли на третий тур, вместо десяти инструментов, пропустили девять. А десятым взяли из Госколлекции самую лучшую юсуповскую скрипку. Страдивари. И пустили ее, как современную, под номером. Так вот, самое интересное, что отрыв был такой страшный, что никто ничего сначала не понял. Ее оценили на двадцать баллов ниже всех. На двадцать баллов Страдивари хуже всех прозвучал!
Мало того, на всех инструментах играют заключительный концерт. И там уже известно: кто-что… Первое, второе, третье место играют под фоно или под оркестр… Так вот, отыграли первые три места, а потом всем сказали: «А вот теперь – Страдивари!» И все были в восторге. Вот, что такое психология человека.


До сих пор не могут создать прибор, объективно оценивающий наше ухо. Все мы слышим очень по-разному. У кого-то острый слух. И он может разглядеть каждую родинку на теле голой женщины, стоящей в десяти метрах от него, а второй не увидит и половины, но тащится как будто увидел в сто раз больше. С возрастом мы начинаем хуже слышать. Но музыкальность, интонирование – только развивается. Приоритет здесь не в том, что человек слышит, а в том, что ему дает то, что он слышит. Что он способен взять из этой музыки. Это уже воспитание. Переход физических параметров в эмоциональные.”

Фото и репортаж – Михаил Ураков

ЗАБЫТАЯ МЕЛОДИЯ ДЛЯ СКРИПКИ

Елена Антонова

За пять веков, минувших со времени крупного итальянского мастера Андреа Амати, основателя самой известной Школы смычковых музыкальных инструментов, куда вошли его сыновья, внуки, а позже их знаменитые ученики из семейств Страдивари и Гварнери, традиции их ремесла не претерпели сколько-нибудь существенных изменений. Прежними остались и критерии оценки этих инструментов. Рядом с привычными “за мастерство”, “за лучшее звучание”, до сих пор существует такая, казалось бы, несовместимая с прагматичностью нашего века градация оценки — “за лучшее художественно-техническое решение”. И это — веское подтверждение того, что хороший скрипичный мастер отличается не только разнообразными знаниями и умениями, но каждодневной шлифовкой своего таланта, умением видеть прекрасное и претворять его в жизнь, попросту говоря, использовать в своем ремесле и науку, и искусство. Это в полной мере может обеспечить лишь Школа, имеющая за плечами традиции, возрастающий багаж навыков, собственные наработки — “know how”, наконец, возможность использовать соревновательность ее членов на благо всех. Преувеличить важность Школы нельзя, особенно в тех областях деятельности, где синтез искусства и науки является главным фактором развития. Многовековой опыт существования школ скрипичных мастеров — из самых сильных тому доводов.

До XVIII века Россия не имела профессиональных мастеров смычковых инструментов. Эти инструменты привозили из Италии, Франции, Польши. Естественно, что и спрос на них был не слишком велик, он ограничивался кругом образованных владельцев крупных имений, приобретавших их для себя и актеров своих крепостных театров. Первым широко известным в кругах меломанов России скрипичным мастером стал крепостной графа Шереметева Иван Андреевич Батов, подаривший скрипку своей работы Александру I, за что был высочайше пожалован двумя тысячами рублей. Известен ряд его великолепных смычковых инструментов, не уступающих по уровню образцам известных западных мастеров.

Но ощутимо это ремесло заявило о себе в России лишь с конца XIX столетия, чему немало способствовали известные чешские мастера Франц Шпидлен и Евгений Витачек, нашедший здесь вторую родину. Создавший более 400 скрипок, альтов и виолончелей, удостоенный на Всероссийском конкурсе новых скрипок в 1913 году двух первых мест и золотой медали, Витачек, по сути, и стал родоначальником современной школы российских мастеров. В советское время он стал одним из создателей национального достояния России — Государственной коллекции уникальных смычковых инструментов, её хранителем и реставратором. Им же было инициировано и открытие мастерской музыкальных инструментов при Московской консерватории, где он, как профессор, преподавал на струнно-смычковом отделении. Он был центром и той знаменитой нынче плеяды русских скрипичных мастеров, которая включала Подгорного, Косолапова, Доброва, Фролова. В его консерваторской мастерской получили образование известные наши мастера Горшков, Матыцин, Крикунов, Ручкин, Кучеров, которые затем передали свой опыт работы со смычковыми инструментами следующим поколениям. С 1976 года в Советском Союзе стал действовать Госзаказ на штучные работы мастеров-струнников, который просуществовал до 1990 года.

IX Международный конкурс имени П.И.Чайковского, состоявшийся в том же, 1990 г., впервые наряду с четырьмя исполнительскими конкурсами предоставил место еще одному музыкальному творчеству — созданию струнных инструментов. Тогда-то русские мастера, представившие весь СССР, подытоживая обретенный за предстоящие годы потенциал, завоевали первую (Владимир Китов — скрипка), вторую (Владимир Снегов — виолончель) и две третьих премии (Вячеслав Дубровский — альт, Вячеслав Супрун — виолончель), обогнав самых именитых друзей-соперников.

Самая дорогая скрипка в мире выставлена на аукцион за 18 миллионов долларов


время публикации: 6 июля 2010 г., 12:27
последнее обновление: 6 июля 2010 г., 12:27

Скрипка, созданная в 1741 году итальянским мастером Гварнери дель Джезу, который наряду со Страдивари является одним из выдающихся мастеров смычковых инструментов мира, будет выставлена на аукцион, пишет The Guardian. По данным издания, первоначальная стоимость скрипки составит 18 млн долларов, что сделает ее самой дорогой в мире.
Свое название “Вьетан” (Vieuxtemps Guarneri) эта скрипка получила по имени игравшего на ней когда-то знаменитого бельгийского композитора и скрипача Анри Вьетана.
Как отмечает газета, сейчас скрипка принадлежит ушедшему на пенсию британскому финансисту и филантропу Иэну Стуцкеру, который, в свою очередь, купил ее у сэра Исаака Вульфсона, основателя Вульфсон-колледжа в Оксфорде.
Организатором аукциона является компания Bein & Fushi – лидер на рынке уникальных музыкальных инструментов.
Прозванная Мона Лизой скрипок, она побывала в руках многих первоклассных музыкантов, таких как Иегуди Менухин или Пинхас Цукерман.
Как пишет газета, этот инструмент – самый необычный из всех изделий Гварнери.
Скрипач Питер Квинт, который несколько раз играл на этой скрипке на концертах, говорит о ее достоинствах: “Этот инструмент обладает невероятной мощью, не только в смысле громкости, но и с точки зрения качества звучания. Он способен на широкую звуковую палитру, позволяющую вам выражать более широкий спектр эмоций”.
Большинство специалистов ожидают, что скрипка после торгов окажется в каком-нибудь музее, поскольку давно уже прошли те дни, когда частные лица или музыканты могли себе позволить иметь скрипку Гварнери, а тем более такой выдающийся экземпляр.
Единственным крупным частным коллекционером скрипок на сегодняшний день, как пишет газета, является ушедший на пенсию магнат из Microsoft Дэвид Фултон.
Однако, как и в живописи, все чаще подобные вещи оказываются на востоке. Две крупнейшие коллекции находится в музее города Тайпея и Японского фонда в Токио. Обе эти коллекции, как пишет газета, претендуют на “Вьетан”.

Скрипичные мастера: Антонио Страдивари, Николо Амати, Джузеппе Гварнери и другие

Скрипичные мастера Италии создавали настолько прекрасные музыкальные инструменты, что они по сей день считаются самыми лучшими, несмотря на то, что в наш век появилось много новых технологий их изготовления. Многие из них сохранились до сих пор в отличном состоянии, и сегодня на них играют самые знаменитые и лучшие в мире исполнители.

А. Страдивари

Самый знаменитый и великий скрипичных дел мастер – это Антонио Страдивари, родившийся и всю жизнь проживший в Кремоне. На сегодняшний день в мире сохранилось приблизительно семьсот инструментов, сделанных его руками. Учителем Антонио был не менее знаменитый мастер Николо Амати.

Точная дата рождения А. Страдивари неизвестна. Обучившись у Н. Амати, он открыл свою мастерскую и превзошёл своего учителя. Антонио улучшал скрипки, созданные Николо. Он добивался более певучего и гибкого голоса инструментов, делал более изогнутую форму, украшал их. А. Страдивари, кроме скрипок, создавал альты, гитары, виолончели и арфы (по крайней мере, одну). Учениками великого мастера были его сыновья, но они не сумели повторить успех своего отца. Считается, что секрет великолепного звучания своих скрипок он не передал даже своим сыновьям, поэтому он не разгадан до сих пор.

Семья Амати

Семья Амати – это скрипичные мастера из древнего итальянского рода. Жили они в древнем городе Кремоне. Основал династию Андреа. Он был первым скрипичным мастером в семье. Точная дата рождения его неизвестна. В 1530 году он и его брат Антонио открыли мастерскую по изготовлению скрипок, альтов и виолончелей. Они разработали собственные технологии и создали инструменты современного типа. Андреа добился, чтобы его инструменты звучали серебристо, нежно, ясно и чисто. В возрасте 26 лет А. Амати стал знаменитым. Мастер обучал своему делу сыновей.

Самым знаменитым в семье изготовителем струнных стал внук Андреа Амати – Николо. Он усовершенствовал звучание и форму инструментов, которые создавал его дед. Николо увеличил размер, уменьшил выпуклости на деках, сделал более крупными бока и более тонкой талию. Он также изменил состав лака, что сделало его прозрачным и придало ему оттенки бронзы и золота.

Николо Амати был основателем школы для скрипичных мастеров. Многие знаменитые изготовители струнных инструментов были его учениками.

Семья Гварнери

Скрипичные мастера из этой династии также проживали в Кремоне. Самым первым в роду изготовителем скрипок был Андреа Гварнери. Как и А. Страдивари, он был учеником Николо Амати. С 1641 года Андреа жил в его доме, работал подмастерьем и за это бесплатно получал необходимые знания. Из дома Николо он ушёл в 1654 году, после того как женился. Вскоре А. Гварнери открыл свою мастерскую. У мастера было четверо детей – дочь и трое сыновей – Пьетро, Джузеппе и Эусебио Амати. Двое первых пошли по стопам отца. Эусебио Амати был назван в честь великого учителя отца и был его крестником. Но, несмотря на такое имя, он единственный из детей А. Гварнери не стал скрипичным мастером. Самым знаменитым в семье является Джузеппе. Он превзошёл своего отца. Скрипки династии Гварнери были не столь популярными, как инструменты А. Страдивари и семьи Амати. Спрос на них был за счёт не очень дорогой стоимости и кремонского происхождения – что было престижным.

Сейчас в мире насчитывается приблизительно 250 инструментов, изготовленных в мастерской Гварнери.

Менее известные мастера скрипичных дел Италии

Были в Италии и другие скрипичные мастера. Но они менее известны. И их инструменты ценятся меньше, чем те, что созданы великими мастерами.

Гаспаро да Сало (Бертолотти) – главный соперник Андреа Амати, который оспаривал у основателя знаменитой династии право считаться изобретателем скрипок современного вида. Он создавал также контрабасы, альты, виолончели и так далее. До наших дней дошло очень мало созданных им инструментов, не более десятка.

Джованни Маджини – ученик Г. да Сало. Сначала он копировал инструменты наставника, затем усовершенствовал свои работы, опираясь на достижения кремонских мастеров. Его скрипки отличаются очень мягким звучанием.

Франческо Руджери – ученик Н. Амати. Его скрипки ценятся не меньше, чем инструменты его наставника. Франческо изобрёл скрипки маленького размера.

Я. Штайнер

Выдающийся скрипичных дел мастер Германии – Якоб Штайнер. Он опередил своё время. При жизни он считался лучшим. Созданные им скрипки имели большую ценность, чем те, что делал А. Страдивари. Учителем Якоба, предположительно, был итальянский скрипичный мастер А. Амати, так как в его работах прослеживается стиль, в котором работали представители этой великой династии. Личность Я. Штайнера остаётся загадочной до сих пор. В его биографии много тайн. Ничего не известно о том, когда и где он родился, кто были его мать и отец, из какой семьи он происходил. Но образование у него было прекрасное, он владел несколькими языками – латинским и итальянским.

Предполагается, что у Н. Амати Якоб обучался в течение семи лет. После этого он вернулся на родину и открыл свою мастерскую. Вскоре эрцгерцог назначил его придворным мастером и дал хорошее жалованье.

Скрипки Якоба Штайнера отличались от других. Свод дек у неё был более крутым, что позволяло увеличить объём внутри инструмента. Шейку, вместо привычных завитков, венчали львиные головы. Звук его изделий отличался от итальянских образцов, он был уникальным, более чистым и высоким. Резонаторное отверстие имело форму звезды. Лак и грунт он использовал итальянские.

Андреа Гварнери (скрипичный мастер): биография и интересные факты

Андреа Гварнери один из известнейших скрипичных мастеров, чье имя стоит наравне с именем Антонио Страдивари. Андреа является основоположником целой династии мастеров. В 1626 году в семье резчика по дереву Бартоломео родился сын. Семья проживала в Кремоне, относящемуся тогда к Миланскому герцогству. Неподалеку от дома семьи Гварнели проживал известный скрипичных дел мастер Николо Амати.

Многие исследователи предполагают, что Амати и Гварнели связывали родственные отношения. В 1641 году Андреа становится учеником Николо Амати. В 1652 году, в возрасте 26 лет, будущий мастер женится и переезжает в дом к тестю. Супругой его становится Анна Мария Орчелли. Примерно в это же время он выходит из под покровительства Николо и начинает собственную деятельность. Однако, на некоторых скрипках, выпущенных уже после переезда, стоит знак «Allumnis Nicolai Amati», обозначающий в переводе «Ученик Николо Амати». Это свидетельствует, что мастер иногда изготавливал инструменты для своего учителя.

Антонио Страдивари и Андреа Гварнели учились у одного мастера

Оба самых известных изготовителя музыкальных инструментов обучались у мастера Амати, проживающего в Кремоне, правда Гварнели закончил обучение ранее, чем Страдивари приступил к работе подмастерьем.

В семье мастера было 4 детей

Вскоре после свадьбы, у мастера появился первенец – дочь Анжела Тереза, следом за ней в семье родилось трое сыновей – Пьетро Джованни, Эусебио Амати и Джузеппе Джованни Батиста. Относительно имени Эусебио Амати, исследователи жизни Гварнели предполагают, что Никола Амати стал крестным отцом ребенка.

Один из сыновей Гварнели стал самостоятельным мастером

Старший сын Гварнели, Пьетро Джованни, рано стал помогать отцу в мастерской. Исходя из анализа мастерства изготовления скрипок дома Гварнери, предполагают, что уже в 1670-1675 юноша делал детали инструментов, однако вскоре появляются инструменты, полностью выполненные им. В возрасте 24 лет старший сын принимает решение о переезде в город Мантуя. Там молодой человек основывает собственную мастерскую и становится известным мастером под именем Пьетра Мантуанского.

Младший сын Джузеппе Джованни Батиста продолжил дело отца

Младший сын Гварнели, Джузеппе Джовани в юном возрасте стал работать в семейной мастерской и уже в 1860 г. выделяют инструменты, выполненные Джузеппе. Считается что уже через 5 лет уровень мастерства его был настолько велик, что он превзошел своего отца Андреа Гварнели.

Джузеппе Джованни Батиста

Андреа Гварнели старался различать работу членов семьи от работ других сотрудников мастерской

В семейной мастерской Андреа работали не только мастер с сыновьями, были другие подмастерья и помощники. Их имена остались неизвестны, хотя в работах имеются особенности. Основатель дома Гварнели стремился делать отличия между работой, выполненной членами семьи, и работой остальных. На инструментах, выполненных подмастерьями и помощниками ставилась метка «Sotto la disciplina». Это обозначало, что инструмент выполнен под руководством кого-то из членов семьи Гварнели. Этот прием позже переняла и мастерская Страдивари.

Многие подмастерья дома Гварнели стали известными скрипичными мастерами

Уровень подготовки учеников и подмастерьев в мастерской Гварнели был настолько велик, что многие из них начали собственную карьеру, снискав славу скрипичных мастеров. К таким мастерам относится Джакомо Дженнаро.

До наших дней дошло около 250 инструментов работы семьи Гварнели

Музыкальные инструменты, изготовленные в Кремоне всегда высоко ценились. Мастерские скрипичных мастеров процветали, изготавливая и не очень дорогие инструменты и инструменты высочайшего уровня. До нашего времени сохранилось примерно 250 музыкальных инструментов, изготовленных в мастерской Гварнели. В большинстве своем это скрипки, но есть альты и виолончели.

В завещании Андреа уменьшил наследство старшему сыну

Что произошло в отношениях Гварнели со старшим сыном, не известно. В завещании мастер сокрушается о выборе старшего сына, связанном с переездом в Мантую. Желая наказать наследника, Андреа выделяет ему значительно меньшую часть, упрекая в неблагодарности. Также мастер требует от сына ответ за некоторые вещи и предметы, увезенные во время переезда из мастерской.

Известный скрипач Никколо Паганини предпочитал играть на скрипке Гварнери

В начале XIX в. триумфальные гастроли Никколо Паганини вызвали всплеск неподдельного интереса к скрипке. Этот инструмент стал пользоваться огромной популярностью. У известного испольнителя было 9 инструментов, изготовленных разными мастерами, в том числе и Антонио Страдивари. После одного из концертов, великому скрипачу предложили купить скрипку дома Гварнели. Великий скрипач влюбился в инструмент и после смерти завещал городу, в котором он родился. Это была лучшая реклама династии скрипичных мастеров. Сейчас скрипка, принадлежащая Паганини, хранится в музее Генуи, за ней бережно ухаживают. Скрипка до сих пор принимает участие в концертах.

Инструменты дома Гварнели имеют индивидуальные особенности

В процессе творчества и поиска собственного стиля мастер придал своим инструментам индивидуальные особенности, некоторые из которых различают только специалисты. Говоря о размерах инструментов, нужно отметить, что и размеры их отличаются от общепринятых: виолончели достаточно велики, ассиметричны, скрипки обычных размеров. Лак красноватого оттенка положен достаточно плотным слоем. Звук, издаваемый инструментами очень нежный, но не сильный.

Инструменты каждого представителя семьи Гварнели имели отличия

Узкие специалисты могут отличить инструмент каждого представителя семьи итальянских скрипичных мастеров по внешнему виду, положению эфов, цвету, тембру.

В российской Государственной коллекции уникальных музыкальных инструментов храниться альт работы Андреа Гварнели

Альт, принадлежащий Георгию Метленбург-Стрелецкому, в 1919 г. был передан в Государственную коллекцию уникальных музыкальных инструментов. Инструмент выполнен во второй половине XIXвека основателем династии скрипичных мастеров. Инструмент крупный, по внешнему виду напоминает работы Николо Амати, но уже обладает индивидуальными чертами инструментов Гварнели.

СКРИПКА

Прекрасная скрипка – четырёхструнный смычковый музыкальный инструмент, в котором источником звука (вибратором) являются колебания струн. Скрипка самый высокий по звучанию инструмент в скрипичном семействе, включающем также альт и виолончель. Предположительно, своим возникновением она обязана усовершенствованию народных инструментов, на основе которых она произошла в своём первозданном виде. В классической форме скрипка оформилась в творчестве северо – итальянских скрипичных мастеров 16 – 18 веков, к которым в частности относились: Ама́ти (итал. Amati) Андреа и Николо, Гварнери дель Джезу, Антонио Страдивари или Страдивариус и другие. В связи с этим несколько слов о вышеперечисленных мастерах:

Амати скрипка

Амати (итал. Amati) – семья итальянских скрипичных мастеров смычковых инструментов. Родоначальник – Андреа (родился около 1520 года, умер около 1580 года). Является создателем классического типа скрипки. Его сыновья Андреа Антонио (около 1540г.-после 1600г.) и Джироламо (1561г.-1630г.). Наиболее известен сын Джироламо – Николо Амати (1596г.-1684г.), инструменты которого ценятся особенно высоко. Ученики Николо Амати: его сын Джироламо 2-й (1649г.-1740г.), Гварнери, Страдивари.

Николо Амати воспитал множество учеников, ряд которых стал равен своему

учителю, некоторые же, как, например, А. Страдивари, его превзошли. Из

мастерской Николо Амати вышли: его сын Иеронимо 2-й (1649-1740),

Из других учеников и подражателей Амати можно назвать следующих мастеров: Аббати, Альбани, Альвани, Ансельмо, Барцеллини, Бесетто, (Вимеркати), Герани, Гувернари, Доминикино, (Декоцетти), (далла Коста), Кальварола, Каппа, Кассини, Кастаньери, Колонарди, Корнелли, Монтаньяна, Монгаде, (Мелони), Надотти, де Полис, (Роджери – Джованни Баттиста и Пьетро Джакомо), Руджери – Винченцо и Гиацинто, Снейдер, Сорсана, Тедеско, Тонони, Фалько, Челопиатус, Черутти

Гварнери скрипка

Гварнери (Guarneri) – семья итальянских мастеров смычковых инструментов. Ее глава, Андреа (1626г.-1698г.), ученик Н. Амати, разработал собственную модель скрипки. Его сыновья: Пьетро (1655г.-1720г.) и Джузеппе (1666г.-1739г.). Внуки по линии сына Джузеппе: Пьетро 2-й (1695г.-1762г.) и Джузеппе (Иосиф), прозванный Гварнери дель Джезу (1698г.-1744г.). Надо отметить, что наиболее ценными считаются скрипки и альты Джузеппе (Гварнери дель Джезу), на которых играли Николо Паганини, Ф. Крейслер и другие.

С е м е й с т в о Г в а р н е р и. Выдающиеся заслуги в деле построения смычковых инструментов имеет кремонская семья Гварнери. Родоначальником этого семейства был А н д р е а Г в а р н е р и (1626-1698), учившийся вместе со Страдивари у Николо Амати. Первые свои инструменты А. Гварнери делал в стиле

Амати, затем несколько видоизменил их форму. Эфы, не совсем правильных очертаний, располагаются прямее, своды дек делаются несколько более плоскими, бока довольно низкие. Скрипки Андреа Гварнери обычно имеют средний размер, виолончели часто очень велики. Верхние деки инструментов Андреа Гварнери производят впечатление сделанных из одного ствола ели – до того она всегда однотипна. Это ель с грубоватыми, довольно широкими, очень часто узловатыми слоями – Haselfichte.

На его скрипках попадаются деки как из двух половинок, так и из одного куска. Деки виолончелей его работы обычно из четырех кусков. Клен чаще всего местный, малоинтересного рисунка; деки большей частью из двух половинок. Радиальный распил преобладает над тангентальным.

Лак обычно такой же плотности, как и лак Николо Амати, но часто более коричневого цвета. Звук инструментов Андреа Гварнери нежный, но недостаточно сильный.

Старший сын Андреа, П ь е т р о Г в а р н е р и (1655-1720), сначала работавший в Кремоне, а затем переселившийся в Мантую, был талантливым мастером, делавшим инструменты по собственной оригинальной модели. Они имеют очень широкую «грудь», своды весьма выпуклы, эфы округленной формы, поставлены почти прямо. Весьма тщательно и изящно сделаны усы, особенно в углах. Завиток довольно широк.

Дерево на инструментах Пьетро Гварнери частью такое же, как у его отца, после смерти которого он, вероятно, унаследовал его запасы, частью у него попадается дерево более изысканное, ель нежная, мелкослойная, с шелковистым блеском привозной клен роскошного рисунка, обычно тангентального распила, клен же, перешедший по наследству от отца, почти всегда радиального распила.

Инструменты его покрыты оранжево-красным, исключительно чистым, превосходно положенным лаком. Звук инструментов довольно хорош, но лишен блеска. Второй сын Андреа, И о си ф Г в а р н е р и (1666-1739/40), применял в своих инструментах самое разнообразное по типу дерево, особенно клен. У него

встречаются все сорта как местного, так и привозного клена и все роды распила. Деки состоят как из одного, так и из двух кусков, рисунок клена то великолепный, то бледный, так называемый «птичий глаз».

В инструментах раннего периода Иосиф, сын Андреа, свободно комбинирует формы модели отца и Николо Амати. В этих инструментах ель нежная, мелкослойная, взятая, вероятно, из сравнительно молодых деревьев, клен на деках обычно тангентального, на боках – радиального распила. В дальнейшем мастер

отходит от своей первоначальной модели и подражает работам своего гениального сына Иосифа Гварнери дель Джезу. В инструментах этого типа он применяет более тяжелую и грубоватую ель, в некоторых случаях Haselfichte. Клен как на деках, так и на боках всегда радиального распила. На головках преобладает клен гладкий, без лучей. Лак этого мастера по своему составу типично кремонский, обычно желтого цвета с коричневым оттенком. Иногда он бывает роскошного, светящегося рубиново-красного цвета. Звук инструментов очень хорош, несколько напоминает по тембру инструменты Гварнери дель Джезу. Из инструментов Иосифа, сына Андреа, более ценятся скрипки и альты.

Старший сын этого мастера, Пьетро (1695-1762), работал вначале в Кремоне, а затем в Венеции; по стилю примыкает к отцу Г в а р н е р и д е л ь Д ж е з у. Среди членов семьи Гварнери выделился Иосиф

Гварнери (1698-1744), младший сын Иосифа и внук Андреа, – мастер огромного таланта. Историками скрипичного мастерства его принято называть «дель Джезу», так как на этикетках в его скрипках изображен значок, похожий на эмблему иезуитского монашеского ордена.

Произведения его соперничают с произведениями А. Страдивари, так как целый ряд великих скрипачей предпочитал и предпочитает тембр звука его инструментов тембру звука инструментов Страдивари.

Чьим он был учеником – точно не известно; вероятнее всего, он учился не у отца.

По мнению некоторых исследователей (Патерик, английский лютомонограф), Гварнери дель Джезу был учеником малоизвестного итальянского мастера Джизальберти, примыкавшего к брешианской школе. Эта гипотеза весьма вероятна, так как инструменты Иосифа Гварнери дель Джезу имеют много характерных

ПОЧЕКИН Юрий Геннадьевич

В 6 лет начал заниматься на скрипке у Сергея Климашевского, а под руководством Александра Поляниченко, скрипичного мастера из Владикавказа, Юрий к 16 годам изготовил свою первую скрипку.

В 1964 году Почекин поступил в Московское Государственное музыкальное училище имени Гнесиных, где его педагогом стал С. Микитянский. По окончании училища талантливый скрипач становится студентом ГМПИ им. Гнесиных (сегодня – Российская Академия музыки) по классам известных музыкантов М. Фихтенгольца и Л. Закса. Так же увлечённо он занимается струнным квартетом под руководством первого скрипача квартета им. Бородина Ростислава Дубинского. А мастерству изготовления скрипок Юрий учится, посещая факультативные занятия известного мастера Бориса Горшкова.

Первый успех пришел к мастеру в 1974 году, когда на IV Всесоюзном конкурсе скрипичных мастеров, в соревновании с более опытными профессионалами, скрипки 26-летнего дебютанта «Марсельеза» и «Прелюдия» завоевали I и II премии. Как наиболее талантливого и перспективного молодого мастера Министерство культуры направляет его на стажировку в Италию, в Кремону, на родину великих Страдивари, Гварнери и Амати.

В 1974 – 1976 годах он учился в Институте скрипичных мастеров имени Страдивари, где его наставниками были Франческо Биссолотти и Джиобатта Морасси. Изучение традиций и секретов великих итальянцев оказало решающее воздействие на творческое формирование Ю. Почекина, а окончательный итог его профессионального становления подводит стажировка в Праге в 1980 году у знаменитого Пшемысла Шпидлена. В эти годы молодой мастер активно участвует во Всесоюзных и Международных конкурсах, добиваясь отличных результатов. Дважды его скрипки входят в финальное прослушивание Международного конкурса им. Венявского в Познани, а в 1979 году в Кремоне на II Международном конкурсе им. А. Страдивари, в котором участвовали около 400 инструментов 193-х мастеров из 23 стран мира, его альт завоёвывает бронзовую медаль.
В декабре 1999 года в Севилье (Испания) проходил I Международный конкурс имени Хосе Контрераса, где Ю. Почекин одержал убедительную победу. Ему были присуждены две первые премии – за скрипку и альт, а также два специальных приза – за лучшее звучание и за лучшее художественное исполнение работы.

С 1987 по 1990 годы Ю.Г.Почекин был Президентом Ассоциации скрипичных мастеров Всесоюзного музыкального общества.

На сегодняшний день он изготовил уже около 300 инструментов: скрипок, альтов и виолончелей на которых играют многие музыканты из разных стран в том числе дети Иван Почекин и Mихаил Почекин . В своей работе он использует исключительно лучшие, выдержанные материалы: итальянскую ель и горный клён. Его собственный оригинальный лак варьируется от оранжево-золотистого до коричневого и даёт возможность полностью проявиться красоте структуры дерева.

Почекин известен как талантливый реставратор уникальных музыкальных инструментов прошлых веков. Им отреставрировано более тысячи старинных инструментов, в том числе шедевры Страдивари, Гварнери, Амати, Гваданьини, Вильома.

Свой огромный опыт, знания и интуицию Юрий Почекин щедро передаёт своим ученикам, среди которых лауреаты Национальных и Международных конкурсов.
Ю. Почекин является членом Союза скрипичных мастеров России, Испанской ассоциации профессиональных скрипичных и смычковых мастеров, а также является членом Интернационального Союза скрипичных и смычковых мастеров (ENTENTE INTERNATIONALE DES MAITRES LUTHIERS EF ARCHETIERS D,ART). Был Президентом Ассоциаци скрипичных мастеров Всесоюзного Музыкального Общества, как эксперт входил в состав различных экспертных комиссий, как например Государственная экспертная крмиссия при Министерстве культуры СССР и многих других. Много лет он участвует в работе жюри Национальных и Международных конкурсов, в том числе имени Венявского в Познани и имени Чайковского в Москве.

РАБИНОВИЧ Александр Сергеевич

(21.07. 1947, Ленинград)

Скрипичный, смычковый мастер, реставратор, член ВМО с 1987, «Творческого Союза мастеров–художников и реставраторов смычковых музыкальных инструментов».

С 1962 по 1983гг учился скрипкостроению у И. П. Кривова. Точил колки, резал подставки, подбородники, подгрифники и др. Помогал учителю в реставрации ученических инструментов, затем – концертных. Первую скрипку изготовил в 1966.

К 2019 году около 500 скрипок, альтов, квинтонов, виолончелей и смычков. В их число входят также инструменты и смычки, изготовленные в традициях эпохи барокко.

Руководствуется идеями, воплощёнными в инструментах А. Страдивари, династий Гварнери, Амати и других, не прибегая к точному копированию. Обращается также к опыту старой польской школы.

По мнению Р. современные мастера и музыканты придают слишком большое значение выбору древесины, месту и времени ее произрастания. Он считает, что кавказская, сибирская, азиатская, канадская древесина по структуре не отличается от европейской: те же капиллярные трубки, целлюлоза, лигнин. Р. уверен, что старые итальянские мастера владели особой технологией обработки древесины. Пользуясь ею, они создавали акустически идеальный материал. Инструменты, из него изготовленные, пели живыми голосами.

Основой технологии мастера является процесс превращения древесины в акустически совершенный материал. Опустошая (вычищая) капиллярные трубки и укрепляя их стенки специальным природным полимером, он создаёт микро-резонаторы. Наличествуя во множестве и обладая разными линейными размерами, микро-резонаторы отзываются на различные звуковые частоты. Таким образом, весь диапазон звучания инструмента становится максимально насыщенным обертонами. Кроме того в процессе грунтовки на внутренних поверхностях микро-резонаторов образуются щетинки, подобные эпителию гортани человека. Колеблясь, они вносят свою лепту в создание индивидуальной голосовой окраски инструмента.

Лак от светло-жёлтого до тёмно-красно-коричневого, на ярком, жёлто-золотистом грунте.

1986 – VI Всесоюзный конкурс мастеров смычковых инструментов, Москва. Диплом

участника II тура (скрипка «Вега»);

2000 – персональная выставка в рамках III международного фестиваля старинной

музыки «Earlymusic», СПб.;

2003 – персональная выставка «Возрождение технологии старых итальянских мастеров», СПб (организатор – авиакомпания Люфтганза»);

30 ноября – 4 декабря 2011, Царскосельская гимназия им. А. А. Ахматовой.

Выставка инструментов Александра Рабиновича в рамках международного конкурса

им. С. И. Савшинского

На скрипках Р. играют музыканты Великобритании, Германии, Испании, Кореи, России, США.

Этикетка рукописная на русском языке (середина 1970-х – начало 1980-х гг.): «Александр

Рабинович / Ленинград … / [фирменный знак]»; «Рабинович А. С. / Ленинград / LENINGRAD / 19… г./ [фирменный знак]».

С начала 1980-х и позднее – на латинице: «Alexander Rabinovich / Leningrad 1982 [фирменный знак]»;

«Alexander Rabinovitsch / Leningrad 1986 [фирменный знак]»;

«Alexander Rabinovich / St. Petersburg 2015 [фирменный знак]».

Читайте далее:
Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector